Ободанур

Июльский день был жарким и душным. Казалось, дышать нечем. Дед Филимон вышел в сад, сел на скамеечку в тени старой яблони, задумался, а потом и задремал, опершись обеими руками на свою палочку-помощницу. - Дед, ты тут не помер? – окликнул старичка сосед Григорий, молодой и веселый мужик, и слегка потрепал его за плечо. - Живой вроде! – очень даже бодро ответил Филимон. – Маленько уснул. А ты как здесь появился? - Тебя увидел из своего сада, вот и пришел. Жарко что-то – гроза, похоже, будет. - Ага...

1 часть. Каждая деревня в нашей округе имела свои особенности. К примеру, жители Ободанура любили славянские праздники, ждали их, готовились и весело отмечали, как было у них заведено исстари. А еще, ободанурские мужики и женщины, отличались спокойным нравом и отменным здоровьем. Про здоровье и долгожительство интересно было послушать деда Филимона, лучшего знатока старины и отменного рассказчика. Собирал он вокруг себя ребятишек и, хитро прищурив один глаз, начинал то ли правду говорить, то ли очередную байку выдумывать...

В течение года четыре солнечных бога, Ярило, Купала, Хорс и Коляда, сменяя друг друга, освещали земли русичей в стародавние времена. Главным из них считался златоликий Хорс. Ранним утром осенний бог запрягал в огненную колесницу белых лошадей с золотыми гривами и мчался по синему небосклону, даря свет и тепло живущим на земле. Утром провожала, а вечером уставшего Хорса встречала его жена румяная Заря-Заряница. Случилось однажды – Месяц Ясный, влюбившись в эту красавицу, похитил ее. Опечаленный...

Жители Ободанура знали, что их деревня получила название от двух марийских слов овда и ныр (чертово поле), но со временем они переосмыслили первую часть слова и занялись на самом деле изготовлением ободьев к колесам для конских телег. А потом телеги, сани и разную упряжь научились делать и возить на ярмарки. Самым лучшим умельцем по изготовлению тележных колес считался Федор Большой. Ему и распаривать заготовки долго не надо было: толстыми, мощными ручищами он любое дерево мог скрутить в дугу и при этом добродушно ухмылялся в сивую бороду...

Пришел я к Петру Владимировичу однажды не вовремя: он обивал потолок тонкими листами ДВП. - Вроде как неровно этот лист я прибил? – спросил меня мой приятель. - Ну и что? – возразил я ему. – Гости не будут рассматривать твой потолок. Они сразу поглядят на стол, что там есть выпить и закусить. Так-то! Владимирович слез со стремянки и сел рядом со мной на диван. - Мне отец рассказывал, что когда-то у нас в Янгурашках была мельница, которая принадлежала Киверину Михею. Что-нибудь слышал про него? Этот мельник умел даже многие болезни лечить...

( Канун летнего праздника Купалы). Пока тетка Груня выгоняла в поле корову с телкой, ее муж Павел выхлебал полную чашку тюри. Вроде бы нехитрое яство: квас, лук и мелко нарезанное мясо, – но Павел с двумя ломтями теплого мягкого хлеба все это съел с большим удовольствием. Правда, баба все-таки поскупилась: ради предстоящего праздника могла бы и кружечку медовухи налить. Ну, коли нет, придется подождать. Хотя кум, который приглашал Павла сегодня прийти помочь чистить колодец, как-то хитро, с намеком прищурился...