По дороге с ветром

Рассказывает Роман Михайлович Шварц — внук Григория Геромовича. — После возвращения в Россию мой отец так и не смог уговорить жену приехать к нему. Он писал ей письма, звонил. Всё безрезультатно. Отцу было очень тяжело. Жить одному в незнакомом городе было невыносимо. Тогда он стал ходить по детским домам. Тоска по детям не отпускала отца. Да, мы были уже взрослыми, но он очень скучал по нам. "По дороге с ветром" 106 (послесловие) / 105 / 1 Иногда отец брал к себе домой детей, покупал им сладости, но оставлять их не хотел...

Марийка тяжело вздохнула и произнесла обречённо: — Что уж делать… Входите. Дети вошли. Она их накормила. Дети Армана очень сильно конфликтовали с внуками Марийки. У них была какая-то нескрываемая ненависть. Часто в разговорах делили отца. "По дороге с ветром" 105 / 104 / 1 Через два месяца после того как дети стали жить с Марийкой, пришла телеграмма: «Отец умер. Прощайте». Марийка сказала об этом детям. Решила оповестить и Гришу. Но его соседи сказали, что у Гриши был инфаркт, и его вместе с детьми забрал к себе старший сын...

Смотря на немолодого мужчину, уже порядком уставший от жизни Григорий, всё искал в нём свои черты. Не находил. Мысленно обращался к Лике, чтобы она дала ему какой-то знак, что Михаил и впрямь его сын. Но знаков с небес не было. Тем не менее встретил Григорий сына хорошо. Вместе они помянули Зину. Михаил сначала был молчалив, потом поведал о том, что у него уже есть два сына, но они пока что во Франции с матерью. "По дороге с ветром" 104 / 103 / 1 О внуках Григорий даже не интересовался. Его больше волновала судьба Инкермана...

Тоня целовала посиневшие губы Иоганна. Всё, что было дальше, она помнила плохо. Какие-то люди спрашивали у Руслана, как зовут маму, дедушку. Кто-то давал Тоне воду. Опомнилась она только в объятиях Григория. Он сильно прижимал её к себе и всё шептал: — Всё, всё! Всё закончилось. Он тоже тебя любил. Он любил и тебя, и Русю. Иоганн так о нём отзывался! "По дороге с ветром" 103 / 102 / 1 Тоня сквозь пелену слёз смотрела на Марийку. Та была чёрная от горя. — Это вы во всём виноваты, Марья Епифановна! Это вы довели его! Вы! — Цыц! — закричал Гриша и оттолкнул от себя Тоню...

Не смогла Марийка удержаться, рассказала немцу о том, что Абель жив. — Вот так дела, — вздохнул Иоганн. — Гриша в своём деле опять себя превзошёл. Вот так всех предупредить, наладить, похоронить… Да ещё и скрыть при этом. Гришка в моих глазах герой, конечно. Но простить ему то, в какую паутину он меня затащил, не могу. Хотя и живу я сейчас благодаря ему. Ношу это чёртово имя. Гена… Геннадий… Как услышу это имя в школе, так меня всего током прошибает. А что делать? Жизнь мне вот такая досталась...

Тоня долго стояла на пороге и не решалась входить. Марийка уговаривала. — Мне не по себе, — виновато говорила гостья. — Я так быстро собралась, что не подумала, захотите ли вы меня видеть. — Что ты, доченька, — запричитала Марийка, — разве ж мы тебя выгоним. Иоганн стоял за спиной у Марийки. С интересом смотрел на Тоню и ребёнка. "По дороге с ветром" 101 / 100 / 1 — Руслану три месяца, — как бы оправдываясь, говорила Тоня. — Нам с ним очень плохо, одиноко и страшно. Я ведь могу умереть, а он с кем останется? Клима больше нет...