Красота Нашего Мира

Небо, уставшее от своей бескрайней синевы, опускалось на землю пушистыми хлопьями. Они кружились неторопливо, словно позабыли, куда им нужно падать, и просто танцевали свой немой, меланхоличный вальс в холодном воздухе. Набережная, укутанная в белизну, вела вдаль, к застывшей глади реки. И вдруг — неожиданная деталь в этом монохромном полотне: уличный столик для шахмат, слегка занесённый снегом. Этот образ вонзился в сознание острой льдинкой и начал таять, превращаясь в простую мысль — а ведь мы все, так или иначе, играем в эти вечные шахматы с самой жизнью...

Море — не вода, а расплавленный горизонт. Оно лежит перед тобой необъятной, дышащей поверхностью, сведённой на нет в линии едва уловимого смыкания с небом. И кажется, сделай шаг с этого песчаного раската — и ступишь не в волны, а в само небо, в эту бездонную, зеркальную гладь, где отражаются облака, плывущие вдали. Тишина здесь иная — не бархатная, а шёлковая, сотканная из миллионов солёных брызг и дыхания ветра! Воздух, обычно тяжёлый и влажный, сегодня наполнился лёгким томлением, и каждый вздох...

24.11.2025 Мягкая, бархатная тишина, будто сотканная из миллионов невесомых кристаллов! Воздух, ещё вчера прозрачный и колкий, наконец наполнился лёгким морозным томлением, и каждый вздох отдавался едва уловимым серебряным эхом. Снег сегодня шёл по-настоящему. Плавно, неспешно, как будто небо разжало ладонь и выпустило на волю спящие в нём пушистые соцветия. Они кружились в немом танце, ложились на тёмные ветви елей, превращая их в хрустальные ажурные своды. 24.11.2025 Хрупкие, сказочные, они не падали, а словно обнимали каждую иголку, каждый сучок, окутывая лес в стеганое, белоснежное одеяло...