История леди Деббингтон-Крейн

Спустя пару дней к лорду Деббингтон-Крейну явились два посетителя – один в сопровождении дворецкого направился в библиотеку, а другой в это время ожидал своего выхода в автомобиле. Арчи с тоской взглянул на вошедшего, ожидая увидеть очередного кредитора. Он все-таки попытался попросить помощи у семьи, но не нашел понимания: мать предложила ему найти уже себе какое-нибудь хорошо оплачиваемое занятие, приличествующее человеку его положения, а отец спросил, не хочет ли Арчи отправиться в Америку, где для предприимчивого человека открывается широкий круг возможностей преуспевания...

Тем временем безобидный лорд Деббингтон-Крейн пребывал в полном унынии, если не сказать – в отчаянии. Дело в том, что он находился на грани полного разорения, чему способствовал целый ряд неудачных ставок на скачках, несколько крупных проигрышей за карточным столом и прочие расходы, так что теперь Арчибальд Бертрам Гораций Деббингтон-Крейн был должен всяким букмекерам такую кругленькую сумму, что ему даже нечем было выплатить жалованье слугам, конюхам и жокеям. Обращаться к семье за помощью он не смел, исчерпав лимит родственного доверия, как выражался его старший брат...

Но как же так! – вскричал потрясенный профессор. – Она ж сказала, что выдумала этот ритуал! – Кто, папочка? – спросила Джен. – Ведьма Норрис! Купер узнал о ритуале от нее, а она призналась мне, что все сочинила. Что же это такое? Значит, он все-таки действует?! Надо рассказать Куперу… Нет, не надо. Я снова поговорю с этой Норрис. А черная кошка? Это явно ее животное. – Папа, а может, не стоит и дальше в этом разбираться? – тихо сказала Джен. – Давайте примем это как чудо и успокоимся. – Вот именно! – воскликнула Клара...

Выслушав от зятя сенсационные новости, профессор Купер взволнованно засеменил по гостиной. Остатки седых волос на его яйцеобразном черепе стали дыбом. Он что-то бормотал себе под нос и нервно потирал руки. Наконец он остановился, посмотрел на зятя и сказал: – Пойдем. Они направились в кабинет, где Купер принялся рыться в пыльных тетрадях, уложенных штабелями на полках стеллажа. Нашел нужный год, отобрал три тетради и пролистал их, сделав пометки красным карандашом. Потом подал зятю: – Вот, тут все записано...

Профессор открыл рот, но не издал ни звука. Глаза его остекленели, и он грузно съехал на пол в глубоком обмороке. – А я говорила, что требовалась двойная порция виски, – сварливо проговорила Клара, опускаясь на корточки около профессора и расстегивая ему воротник. – Что с ним теперь делать? Миссис Дженкинс встала, обошла стол и с размаху выплеснула в лицо профессору воду из прихваченного со стола графина. Профессор моментально пришел в себя и сел, кашляя и чертыхаясь. Потом огляделся: миссис Дженкинс...

– Не пойти ли мне прогуляться? – голос Джен звучал рассеянно, словно она что-то обдумывала. – К приезду отца я вернусь. Что думаешь, Анна? – Прогуляйся. Клара может пойти с тобой. – Нет, это не нужно. – Ты оденешься или пойдешь так? Это зависело от того, куда Джен собирается пойти – к дедушке Куперу или… Или на пустошь, к ведьминым камням? – А чем он расплатился? – спросила она. – Профессор Купер? Ведь за выполненное желание надо чем-то заплатить. Миссис Дженкинс и Клара переглянулись и задумались...