Деревенская проза

Розовым ковром растянулся иван-чай за домом, в котором Галя провела своё детство. Территория заросла травой, возле забора разрослась малина и крапива. Галя стояла и смотрела на родное место и душа в комок сжималась от осознания, что теперь её в доме никто не ждёт. *** Вот уже два года Галя никак не могла решиться на продажу бабушкиного дома. В городе у неё была слаженная жизнь, работа, семья. Муж деревню не любил, даже в качестве дачи на лето не хотел оставлять дом, настаивал на продаже. А деньги предлагал вложить в ремонт квартиры или отложить на покупку новой машины...

Весело виляя хвостами одноглазый Бобик, рыжая Кусака и чёрный Буржуй уже издали почуяли запах еды. За поворотом показалась щупленькая фигура Любови Максимовны. Женщина аккуратно переставляла больные ноги...

— Максимка, что ты там прячешь? — Василиса с грустью смотрела на сына, ожидая его ответа. — Ничего, мам, — мальчик замотал головой и попятился к открытому окну. — Я устала от твоих выходок. Устала выслушивать от соседей и учителей о том, какой у меня невоспитанный сын. Максимка отвернулся. Он итак знал, как сильно расстраивает мать постоянно, но ничего не мог с этим поделать: все привыкли сваливать на него вину, считать плохим, поэтому ему не оставалось выбора и просто соответствовать прилепившемуся к нему образу...

С детства Олеся любила животных: подбирала на деревенских улицах кошек, собак, сбитых на дороге ёжиков и даже однажды притащила домой выпавшего из гнезда грачонка. — Как ты его будешь выхаживать? Это же птица вольная, не курица, не гусь какой-нибудь! — причитала мама, пытаясь образумить Олесю, но всё-таки искала в доме подходящую коробку для птицы. Тем временем девочка убеждала, что справится сама и не нужно волноваться ни за неё, ни за питомцев, о которых она заботится. После того, как животное...

Аркаша отставал от остальных детей, торопящихся в школу. Обувь мальчика была изношенной, подошва отходила уже третий раз. Как бы старательно сосед дядя Ваня не прошивал и не проклеивал обувь Аркаши, это помогало ненадолго: каждый день детские ноги проходили десять километров по бездорожью. Но Аркаша всё равно всегда с благодарностью пожимал руку пожилому соседу за его бескорыстную помощь. Дядя Ваня был прекрасным сапожником. Он всю деревню обувал. А ещё своими руками делал валенки, которым не было сносу...

— Жизнь прожить такую длинную и в людях не научиться разбираться… Нельзя всем подряд верить, Надюша. Ты прости, что я тебя так распекаю, будто девочку пятилетнюю, но жалко мне тебя, жалко по-человечески, по-дружески. — Да не меня тебе жалко, а денег моих, — не стала скрывать своих мыслей Надежда Львовна, зная соседку как облупленную. — Ох, не ожидала таких слов, обидела ты меня крепко, подруга, — Светлана Павловна затянула потуже платок на затылке. На ее лбу и переносице собралось еще больше морщинок, от чего лицо приобрело совсем скорбный вид...