📚Что почитать?

«Я едва ли знаю, сэр, кто я теперь… По крайней мере, я знаю, кто я была, когда встала сегодня утром, но с тех пор я несколько раз менялась». — Льюис Кэрролл, «Алиса в Стране чудес» У меня с «Алисой в Стране чудес» отношения немного странные. Советский мультфильм был одним из любимых в детстве. Нравилось в нём именно то, что обычно должно было пугать или хотя бы сбивать с толку: бесконечные превращения, внезапные появления, разговоры без начала и конца, улыбка отдельно от кота, кролик с часами, чаепитие, где никто никого не слушает...

Величайшая ловушка для интеллектуалов В истории литературы существуют произведения, которые служат своеобразным пропуском в закрытый клуб интеллектуальной элиты. Монументальный труд Германа Гессе «Игра в бисер», за который автор получил Нобелевскую премию, безоговорочно возглавляет этот список. В массовом сознании прочно укоренился миф, будто этот роман — грандиозная ода чистому разуму, гимн высокой культуре и самое изысканное философское произведение двадцатого века о загадочной Игре, объединяющей математику, музыку и поэзию...

Почему человечество панически боялось диктатуры Оруэлла, но добровольно построило гламурный ад Олдоса Хаксли Когда заходит речь о мрачных пророчествах прошлого века, массовое сознание моментально рисует суровые, серые пейзажи тоталитаризма. Принято считать, что главная угроза свободе — это кованый сапог, наступающий на человеческое лицо, тайная полиция, колючая проволока и жестокая цензура, блестяще описанные в романе «1984». Однако время показало грандиозную ошибку этой коллективной паранойи. Пока...

В культурном сознании произведение Дениса Фонвизина прочно застряло на полке с пыльной академической скукой. Общепринято считать «Недоросля» примитивной, лобовой сатирой восемнадцатого века, где всё разделено на черное и белое: вот невежественные, жестокие помещики, смешной толстый лентяй, а вот — до тошноты идеальные государственные мужи, читающие длинные морализаторские монологи. Знаменитая фраза «Не хочу учиться, хочу жениться» давно превратилась в затертый мем, а сама пьеса кажется безобидным историческим анекдотом о важности образования...

Принято считать, что повесть «Иностранка» — это самый легкий, солнечный и почти ситкомовский текст Сергея Довлатова. На первый взгляд, перед читателем разворачивается классическая комедия положений: колоритные русские эмигранты конца семидесятых годов пытаются ужиться в нью-йоркском районе Квинс, постоянно попадая в нелепые ситуации, торгуя матрешками, слушая радио «Свобода» и бесконечно сплетничая друг о друге за порцией горячей пастромы. Кажется, что это просто сборник остроумных анекдотов о столкновении двух культур...

Если составить честный рейтинг великих произведений, о которых абсолютно все слышали, но которые практически никто в здравом уме не смог дочитать до конца, то гомеровская «Илиада» с огромным отрывом займет в нем безоговорочное первое место. Для большинства этот монументальный древнегреческий эпос навсегда остался в памяти в виде пыльного школьного учебника, где сухой и невероятно тяжеловесный гекзаметр про «гнев Ахиллеса» заставляет мозг впадать в глубокую кому уже к середине третьей страницы, погребая читателя под бесконечными списками кораблей и непроизносимыми именами античных царей...