ПроКони и ПроЛюди

Народ привык хаять СБ — то там тупые (по мнению сотрудников) сидят, то никчёмные с синдромом вахтёра. Мешают найму, мешают работать, проносить и пользоваться телефонами, а на рабочем месте — телеграммом. И всё это ими делается в угоду несуществующей безопасности. Сотрудники начинают ржать, как кони, над компанией, над регламентами и требованиями, ругать на чём свет стоит руководство, ссылаясь на его беспомощность, раз уж к делу привлекли целую Службу Безопасности. Эти церберы следят за пересылкой...

На кухне конюшни раздался звонок — случилась авария. Что такое? Кто? С кем?.. Была у нас на конюшне девушка, представившаяся — Марина Сласём. Я уж вначале подумал, что она вот такая француженка, или ещё какой интересной национальности, но нет, всё оказалось проще, на шее у неё висел амулет в виде лося, так и прозвали её друзья, Марина с лосём (на шее). Не то, чтобы она их любила, лосей этих, но молодой человек из её бурной юности подарил амулет в знак большой любви, так она с ним и слилась. С лосём, не с человеком, с живым расстались...

Лошади очень хорошо понимают, кто перед ними — домашний, свой, или дикий, чужак. Собак и сами покусать могут, если те особо достанут, а лисиц боятся. И не дай боже научить лошадь играть в футбол, пиная ногами мяч — будет, только во дворе завидев курицу или кошку, принимать их за объект, недалеко ушедший от мячика, разбегаться и... Нет, такого удара они не выдержат. Коров побаиваются, здоровые они и непонятные. Вроде как лошадь, но неказистая такая, с рогами и кривыми ногами — но у некоторых лошадей есть «чувство коровы»...

Падать рядом с лошадью привычно большинству всадников, обычное дело, как минимум при обучении. А падать вместе с ней?... Пришла к нам на конюшню как-то раз девушка, даже скорее девочка, с большим послужным списком из опыта в конном спорте, начинала ещё в СДЮШОР, а там детей не жалеют — вот лошадь, вот седло, а стремена дадим, когда ездить научишься. Тяжело? Больно? Ну иди домой, там поплачь, а в СДЮШОР готовят к Олимпиадам будущих звёзд, не хочешь ты, придут другие, за забором очередь. И вот она...

А тот год лето выдалось дождливым, прямо как это в Москве, беспросветное серое марево, висящее сразу над головой, лезущее в нос, глаза и прямо в душу как бы намекало — Питер, это весёлое замечательное место, в котором так и хочется... Как минимум, выпить, промокнуть аж изнутри. Дождь лил почти каждый день, если не лил, то моросил, ничего не просыхало, в лесах грибы столи в лужах, а поля превращались в хлюпающую под ногами мерзость. Это для грибов такое лето отличное, расти да расти, а вот лошадям не очень...

Я ехал на лошади через поля в лесочек, по дорожке, что петляет между кустами и зарослями, огибает гигантские стволы деревьев, выныривает на осветлённую опушку леса и снова прячется во мраке. В отличие от абсолютно плоского, как зеркало в прихожей, Питера, район Тосно, что по пути в Москву, весь испещрён оврагами и пригорками, особенно там, где Саблинка. Чего только стоят два местных водопада, трёхметровый Саблинский и Тосненский, местная Ниагара. Ниагарский тип – это когда ширина гораздо больше высоты, на речке Тосна это 30 метров против 2-х, т.е. в 15 раз. Настоящий Ниагарский, при высоте в 57 метров, ширину имеет под 670 метров, т...