Житейские истории

Синий цвет в волосах Летты был не краской, а а химической реакцией на взрослых. Первый слой она нанесла в тот день, когда отец, профессор Виктор, в очередной раз перенёс их встречу. Не из-за лекции или конференции, а потому что «у бабушки голова болит, надо быть рядом». Летта тогда просто выключила телефон, купила первую попавшуюся краску в магазине у метро и залила всё разочарование в свои русые волосы. Получилось криво, с зелёным оттенком, но ей понравилось. Это было её решение. Единственное, на что она могла повлиять...

Виктору было пятьдесят, и вся его жизнь проходила по безупречно выверенному маршруту: между университетской кафедрой и мамой. Между строгими рядами студенческих аудиторий, где он был богом в области византийской нумизматики, и строгим взглядом матери за обеденным столом, где он был сыном. Между тишиной архивов и тишиной трёхкомнатной квартиры в сталинском доме, где время, казалось, остановилось в год, когда ушла жена. Это был не брак — это была попытка прорыва. Елена, задорная аспирантка-филолог, была его личным бунтом...

Знаете, в чём магия Нового года? Не в шампанском и салютах. В том, что эта ночь — гигантское увеличительное стекло. Она беспощадно высвечивает, с кем и среди чего ты оказался, подводя черту под всеми твоими «за» и «против», всеми тихими бегствами и громкими решениями уходящего года. Давайте проверим на наших героях. МАРГАРИТА и АЛЕКСЕЙ встречают Новый год на кухне в её «хрущёвке». Никакого ресторана. Бонифаций крутится под ногами, выпрашивая кусочек сыра. Они готовят вместе: он, уверенно споря о количестве перца в фарше, она, смеясь над его серьёзностью...

Ольга вышла за Игоря не потому, что была ослеплена любовью. Она вышла за него потому, что разглядела в нём аппетит к жизни, которого так не хватало её собственному, слишком правильному миру. Он был дерзким, амбициозным, пахнущим ветром перемен. Она верила, что сможет быть ему якорем, а он — её парусом. Она не знала, что этот парус сшит из чужих жизней. Когда случилась та история со Славой, её мир рухнул не сразу. Сначала был шок. Потом — леденящее, ясное понимание. Он украл. Не просто обманул партнёра в бизнесе...

Игорь уходил не к молодой. Он уходил от тишины. И от воспоминания, которое эта тишина обнажала — о другой Кате, той самой, из 1984 года. Тогда ему было девятнадцать. Её звали Катенька, с мягким «ень», как её называла бабушка. У неё были светлые косы и упрямая родинка над губой. Они мечтали пожениться и поехать в Сочи, как только он отслужит срочную в ракетных войсках. Он уходил в армию с ощущением, что оставляет дома частицу своего неустроенного, но горячего сердца. Катеньке на момент его призыва было 18 лет, но она была очень целеустремленной девочкой с упрямо вздернутым носиком...

Катин отец был специалистом по «горизонтальным карьерам»: таксист, охранник, менеджер по продажам труб. Его главный талант — исчезать, когда нужны были деньги на школьную экскурсию или новые ботинки. Мама, бухгалтер с вечной мигренью, повторяла как мантру: «Учись, Кать. Учись и выходи замуж за человека с профессией. Чтобы у него в голове не ветер, а таблица умножения. Чтобы он тебя обеспечивал, а не ты его, как я». Катя училась на экономиста, но её настоящим талантом была легкость. Она умела превратить...