Границы и место ребенка в семейной иерархии

Тема границ и правда очень чувствительна для многих. Я очень часто пишу вопросами и редко выдаю инструкции, не спешу принудительно сокращать поле неопределённости и незнания. Соцсети ими и так переполнены: это говори, это не говори, то делай, то не делай, делай только так и никак иначе, не кричи, не злись, люби безусловно, уважай границы ребенка (про границы родителя, про важность иерархии при этом тишина, не в тренде) и далее по списку. Так тревожность только множится, это не дает нам опоры, потому что это чужие голоса. В итоге мы стоим в стрессовой ситуации и суетливо перебираем рилсы в голове: «Так что же там говорили, так вроде реагировать нельзя, блин, че делать, че делать, сейчас скажу ему вот так и травмирую, разрушу своему ребенку психику, какой кошмар!». И на выходе мы выдаем какой-то смазанный внутренними колебаниям запрет. Мне не хочется пополнять список чужих голосов, множащих в вас тревогу, поэтому я намереваюсь дать возможность нащупать собственные ощущения вокруг темы и протоптать свой путь.

Если вас сейчас трясет о гнева к ребенку или вы чувствуете, что ваши родительские силы как будто на исходе, может вас охватила беспомощность или страх, скажите себе «я могу это выдержать» (выдержать эти чувства). Не важно, что происходит снаружи, не важно, кто прав, а кто виноват. Дайте себе возможность вынырнуть из этого состояния. Я могу это выдержать

Как отмечает Кристофер Боллас, за трудностью сказать ребёнку твёрдые (в некоторых случаях – мягкие) "нет", "надо", "нельзя" часто стоит неспособность родителя выдерживать обиду и гнев ребёнка, возникающие в ответ на отказ и ограничения. Родителю настолько невыносимо видеть расстроенного и разочарованного ребёнка, что он старается сделать всё возможное для его удовлетворения и спокойствия. Что случится, если ребенок разозлится или обидится на вас? Это будет означать, что вы с этого момента плохой родитель или что ваши отношения безвозвратно испорчены, что контакт утерян? Возможно есть какое-то представление, что злость разрушает связь, как будто там, где есть гнев, совсем нет места любви. Мы злимся на детей и не перестаём их любить, в нас может поместиться и то и другое одновременно. Злость - это естественная часть любых отношений, часть жизни. Откуда это представление о ней как о столь разрушительной? В какой момент появилось это желание угодить любым способом лишь бы не встречаться с агрессией близкого? Как будто бы есть только два полюса: отсутствие злости либо уничтожение яростью всего вокруг. И чтобы избежать второго мы изо всех сил придерживаемся только первого. А есть ли что-то посередине