Когда подует южный ветер

Полевой лагерь дейхетов на территории, формально принадлежащей сайхетам, представлял из себя несколько палаток, разбитых в древних развалинах забытой богами виллы, вокруг которой раскинулись уже давно одичавшие заросли фруктовых деревьев. А так как за ними никто десятилетиями не следил и не занимался ирригацией, то они смешались с сорными кустами и деревцами и больше напоминали сухостой, чем плодовые деревья. Но зато здесь было тихо и местность была скрыта от неосторожного взгляда со стороны. Быстрые багги стояли тут же, прикрытые срубленными ветками...

Человек в Эсуате был убит, о чём сообщил дайхетский патруль, заехавший в городок на разведку. Впрочем, как и большинство местных бандитов - снимки результатов кровавой бани в местном злачном заведении лежали в папке на столе перед Даутом. Но сотворил это явно не землянин. Но он там прошёл. Даут это чувствовал, он это знал. Чёртовы дайхеты! По какой-то причине они решили возложить функции по контролю над ситуацией в городе (и не только в этом) на бандитов. На бандитов, Согис их раздери! Стоило чуть-чуть...

Над шатрами и пологами развивались чёрно-красные с золотым знамёна империи Дан-а-Утль, которая, казалось, сгинула полтора десятка лет назад, но будто вопреки всем законам природы вернулась из мира мёртвых. Раздавался перестук трёхпалых копыт дертейев и приглушённый звук затачиваемых мечей и копий. Где-то стрелы ударялись в подготовленные мишени, где-то воины, укрывшись от светила, готовили в больших чанах похлёбку, и ветер разносил ароматы специй. Солнце нещадно пекло, и на небе не было ни облачка,...

Это было необычное утро. Не то, чтобы всё что со мной происходило в последнее время подпадало под определение обычного, но тем не менее, оно было другим. Айна вошла в мою комнату, когда я уже поднялся, умылся и, завязав шнурки на сапогах, застёгивал металлические пуговицы на рукавах рубашки, глядя на себя в зеркало. - Мы уезжаем сегодня, – произнесла она, глядя на меня. – Но надо быть готовыми к тому, что Дехейр может воспрепятствовать нашему отъезду. Особенно после того, что ты ему сказал. - Я так понимаю и здесь у стен есть уши? – улыбнувшись, спросил я глядя на неё в отражение зеркала...

Сказание о Святой Семье (да будут они благословенны). Случилось это очень давно, в эпоху, когда многие племена и земли имели совсем другие названия, теперь уже ставшие не более чем достоянием истории, а многие так и вовсе канули в бездну небытия. Тогда, когда люди ещё не знали железа, зачастую пользуясь кремневыми орудиями, чаще медными, и только-только научившись выплавлять бронзу. А Великая Пустыня, что раскинулась далеко на юге, ещё не была таковой и населяли её уру-хеты, и Большой камень ещё не падал с неба, навсегда изменив облик нашего мира...

Часть дануэйров, тех, что были наиболее непримиримы к новому владычеству нимейцев и сайхетов (которые объединились в борьбе с Дан-а-Утль в довольно противоестественный союз, учитывая историю их взаимоотношений), отправилась на запад, бросив свои крепости, дворцы и дома. Ситуацию даже не сгладил тот факт, что на большинстве территорий, разделённых между союзниками на сферы влияния, формальное управление осуществляли дануэйры, присягнувшие на верность новым повелителям. В любом случае, решившие уйти их рассматривали, как подчиняющихся внешним силам, а значит, и иметь с ними дела было нельзя...