подборка 10

Из этого дома он, опираясь на стены, оказался в роскошно обставленной гостиной, где сидела сама хозяйка и кормила с руки ручного скворца. И первое, что Манук спросил, что ей от него нужно и какие цели она преследует. Бэт отряхнула от зерна лапы и внимательно посмотрела на волка. - Вам бы лечь, вы еще слабы после болезни. Но зачем ты меня спасла для чего я тебе был нужен вы же лавийцы, спите и видите, как бы убить всех волков. - эти слова царапнули Бет, но она промолчала. - Для начала сядьте, нам бы следовало познакомится. Вы уже две недели у меня, а я не знаю вашего имени. Я Бэт, хозяйка поместья. - Манук, скрипя зубами, все же представился. Бэт подняла рыжие брови. - Какое интересное у вас имя. Не волчье, скорее лавийское. Вы же рожденный без братьев и сестер. Никогда бы не подумала, что волки выберут такое имя. Манук даже присел. Эта псовка явно знает больше положенного. А теперь, раз мы друг друга знаем, самое время поговорить. Зачем вы мне понадобились эта длинная история, связанная со смертью моего мужа. Он тоже был против отлова волков для арены. И так случайно сам упал с лошади. Виновных тогда не нашли, но я думаю, след ведет к Хэльвику. До этого дня мне нечем было взять этого угря за жабры, а вы живое доказательство его зверств. Если вы скажете против него, я смогу упечь этого хорька за решетку. А до этого просто живите у меня. Это же вам не трудно - Манук хмыкнул. - А кто поверит мне я же волк. Какой лавиец в здравом уме поверит волку и вообще мне нет никакого резона вам помогать. Ну, если вы мне поможете, я верну вам свободу. - Манук только рыкнул. - Где - то я уже это слышал. Вам, лавийцам и когтем нельзя доверять. Можете не беспокоится, свою свободу себе верну я сам. Ну, если вы решите покинуть мою усадьбу без специального разрешения, вас сцапают под черные лапки и вернут мнет обратно, можете не сомневаться, мне никакое разрешение не понадобится. И я слишком давно живу на свете, что бы верить в искреннею доброту лавийских собак. Вы же за свой кусок шерсти и то удавитесь. Бэт возразила. - Я вижу, что для волка вы даже очень осведомлены

Но так или иначе, но Гэндрика не стало, а ей нет покоя от нападок. А волк на арене и вовсе стал последней каплей. Она и раньше знала, что Хэльвик устраивает бои, но прицепится никак не могла. Но теперь у нее, если что, есть живое доказательство, она прижмет Хэльвмика за хвост. а пока этот красивый зверь будет просто жить в ее саду, и тогда не одна морда не посмеет топтать ее розы. Но она и представить себе не могла, как это трудно - жить на одной территории с вольным зверем, и что он способен превратить ее жизнь в кошмар, и что ему свобода дороже всех кусков мяса, даже самых сочных и жирных. О, ей еще предстояло испытать жизнь рядом с хищником. Манука отнесли в тепло натопленную комнату. Тучка обработала его раны. Пока Манук еще толком ничего не соображал, ему было тепло, его раны перестали саднить, он, наверное, умер и попал на облако. После арены все казалось неправдой. И еще какая то собака крутится возле него. Он пытался отмахнутся от нее, махая лапой в воздухе. Ничего не бойтесь, госпожа поручила мне заботу. И я вам больно не сделаю. Она у нас добрая, наша госпожа. Вы пока отдыхайте, я принесу вам поесть. От небывалого тепла Манука разморило и он уснул. Он не слышал, как пришла Тучка и оставила рядом свежее мясо, и как заходила Бэт, лично проверяла, хорошо ли ее гость устроен, все ли у него есть. Он был устроен в лучшем виде и на всю ночь его оставили в теплой комнате. Это теперь будет его личная спальня. Бэт хотела устроить его с наилучшими удобствами, что бы он не чувствовал себя в ее доме пленником и у него будет все, что он только захочет. Оказавшись так резко в тепле, Манук заболел. Организм, так долго боровшийся с невзгодами, вдруг сдался, и волк лежал пластом, не в силах и пошевелить когтем. Бэт или Тучка по очереди с ним сидели, то и дело вливая в него отвары из трав. Они, наверное, думали, что дикий зверь оценит их заботу, но ему было бы лучше где нибуть в канаве, и что едва он встанет на лапы, он начнет рваться на волю с утроенной энергией. И как только Манук смог подняться на лапы, он поспешил убраться.

удобный коретник, сенник и помещение для свиней. А руководила всем этим великолепием богатая вдова. Ее звали Бэт. После смерти мужа все это великолепие перешло к ней, и управляла она домом по истине с железной волей. Не смотря на все происки злопыхателей, она сохранила родовое поместье мужа и даже преумножила. В саду зрели яблоки, в большом пруду плескалась рыба, а по дорожкам сада бродили ручные олени и скакали кролики но главным увлечением Бэт была птица, домашняя или дикая, но она занимала большую часть загонов. Это еще ее покойный муж начал привозить птиц с разных уголков Альтера. Утки, куры, гуси - все пернатое братство обосновалось в усадьбе. Куры несли яйца и существенно приносили доход, плюс были дополнением к столу. Летом тут был настоящий рай для пернатых. Им позволялась все, даже заглядывать в окна хозяйской спальни. В кустах азалий вили свои гнезда важные зарянки, а вечерами вся усадьба наполнялась запахами цветущих роз. Конечно, Бэт бы не справилась одна с таким обилием работы в усадьбе. постоянно жили работники, был и конюх, а в саду помогала ей справляться молодая собака Серая Тучка, умная, понятливая, из сирот, выросшая еще при ее покойном муже. И Тучка же помогала Бэт в доме и скрашивала ее одинокие вечера. Только ей одной Бэт и доверяла свои горести и печали, что ей все сложнее справляться с усадьбой больно много злопыхателей точат на нее зуб. С тех пор, как она три года назад потеряла мужа, у нее и дня не было спокойного. Постоянно ей делали гадости: то передушат кур, то угонят лошадей. Мешает она. И муж ее Гэндрик, она была уверена, не умер своей смертью. Он тоже был как кость в горле и опытный наездник не мог так глупо упасть и разбиться. Он защищал местные леса и был против варварского истребления волков и лосей. И кому то сильно он помешал и она была уверена, что Хэльвик приложил к этому лапу. Он тут самый главный браконьер, одной лосятиной питается и дружков своих кормит. Конечно, ему не понравилось, что кто то влез в его дела.

Пес покрепче сжал сучковатое полено. Манук, растянутый на песке, оскалил пасть, сделав волчьи гримасу смерти. Он не просил себя пощадить, он хотел уйти достойно. Никто не ожидал такого поворота, когда псовка, перемахнув через барьер, метнулась к волку и вырвала у ошалевшего пса палку, и злобно рыкнула: Только посмей Хэльвик его тронуть! Хэльвик только зубами скрипнул. Опять эта волколюбка вмешалась. Псовка смотрела хозяину прямо в глаза. Я его забираю с собой. Все слышали Он мой, ясно. Я куплю его у тебя. Хэльвик махнул лапой. Забирай эту падаль. Он махнул лапой. Все знали, эта сумасшедшая и с ней спорить только себя не уважать. Пусть делает, что хочет. Ему плевать. Все, парни расходимся, не на что тут смотреть. И уберите тут все! А псовка осталась рядом с раненым зверем. Она не боялась его, когда помогла подняться с истоптанного песка и, поддерживая за лапу, увела с арены. Больше они тебя не тронут. Я заберу тебя к себе, где ты будешь в безопасности. Будешь жить со мной, в моем саду, а раны твои мы. обязательно залечим. Манук тогда был не в том состоянии, что бы понять, куда его вообще тащат и что ей от него нужно. Он с трудом переставлял лапы и почти упал в просторные, застеленные сеном сани. Собака велела вознице трогать и всю дорогу она просидела рядом с грозным зверем в ее усадьбе ему будет хорошо. Пол часа спустя сани подкатили к тяжелым воротам усадьбы и старик возница помог снять едва живого зверя с саней. Хорош зверь с новым приобретением, госпожа, пристройте его получше, что бы он был в тепле и не в чем не нуждался. Я позже сама к нему загляну. Так Манук и оказался внутри огромного родового поместья, где в самой глубине высился дом, построенный из сосен в обхват каждая и больше века простоявший, сменивший уже не одно поколение псов. Прямо возле дома был разбит сад с плодовыми деревьями, некоторые из них были ровесники самого дома, а за домом была выстроена конюшня на десять голов.

мощи и дикости. Манук, не обращая на нее внимания, прошел очень близко, так что она могла коснутся кончиков его ушей. Манук хотел свободу. Он не думал тогда, что старый плут Хэльвик его наколол и чисто из милости дал измученному волку всего час отдыха. И вот час спустя прозвучал новый сигнал. Манук насторожился, что они еще задумали и вот опять открыли калитку и семь вооруженных бичами псов высыпались на арену. Манук не ожидал такой подлости. Семерых псов спустили на него безоружного и это после того, как он тут целый час бился. Собаки, пользуясь своим оружием, начали гонять волка по всей арене. От их ударов нигде было не скрыться. Манук начал чаще уворачиваться и от этого только терял силы. А бичи все хлопают над самой мордой. Вот один удар пропущен, потом второй, а собаки все поддают. Манук вырывал у них бичи зубами, кромсая жесткие жилы, но и до него долетали болезненные удары. Один из псов полоснул его по глазам и носу так что Манук на секунду лишился зрения, и этого хватило, что бы пес закинул ему петлю из бича на шею и повис на ней. Волк хрипя метался по арене, силясь скинуть с себя убийцу. В голове мелькали неясные образы и в последний момент он со всей силы ударился боком об стену арены и пес завыл и ослабил хватку. Этого хватило волку, что бы скинуть его с себя и на месте покончить с ним. Псы с арены рычали: Убейте, убейте, гасите этого подлого волка! Он по ночам таскает наших щенков, что вы его жалеете и псы подбодренные своим хозяином, смелее начали нападать. Они стремились щелкать волка по лапам, что бы он упал. И вот бич обвился вокруг могучих лап волка и его со всей силы шмякнули об землю. Он растянулся на песке и завыл от боли. С этим пора было кончать. Зрелище обещало затянутся и уже не было похоже на легкий спарринг. Хэльвик бросил одному из псов сучковатую палку. Пора было с этим кончать. Давай убей зверя и покончим уже с этим балаганом. Да и по домам пора.

так что сидевшие псы открыли челюсти. Какой сильный, рослый зверь а сидевшая на самом дальнем ряду псовка и вовсе протиснулась к самому барьеру. Она не сколько не испугалась, протянула лапу сквозь доски ограждения. Манук тогда искал выход и мало обращал вни - мания на собравшихся. Он хотел найти малейшую лазейку, поэтому и метался вдоль барьера. И вот прозвучал сигнал, дверь открылась и шесть рослых псов выбежали на арену. Они лаяли, визжали, приседая на лапах, а Манук только рыкал на шавки позорные. Но эти шавки были распалены до предела, и им хотелось драться. И они, пользуясь преимуществом, стали теснить Манука к решетке. Они рычали, визжали и кусались. Ввяжись Манук в открытый бой, они бы его разделали, но его ведь сам Огненный учил драться. Манук вытаскивал по одной собаке, нанося ей смертельные укусы. Вот отлетела одна, потом другая, оставшиеся четыре присмирели и уже не так рьяно наскакивали, но Манук. останавливаться не собирался. Он поймал серого пса за лапу и, подняв над головой, швырнул его в толпу сидящих собак. На трибуне поднялся визг и вопли, а Манук, рассвирепев, продолжал гонятся за оставшимися. Он твердо был намерен закончить то, что начал. Собакам было некуда деться от разъярённого волка. И вот последняя пала, и Манук бросил бездыханное тело пса на грязный песок арены. Он ожидал, что его теперь отпустят. Свою часть он выполнил, повалил всех. А что в итоге. По толпе собак прошел ропот. Никто не ожидал такого поворота, но выпускать волка никак нельзя. И тогда Хэльвик предложил выход напустить на волка еще семерых псов, сделать второй раунд, пусть еще подерется, коль силы есть. Это был выход. Дадим зверю час отдыха и подвезем еще собак. А Манук не понимал, что не так он сделал. Все ведь было по честному. Почему же не открывают ворота. Он снова начал метаться вдоль рядов, и псовка, пользуясь общей сумятицей, протянула над барьером лапы. Она была восхищена этим зверем. Это же живое воплощение!