«О чем молчат стены (и кричат нервы)»

В нашем доме живут две мамы. Нет, не в прямом смысле — слава богу, хватает ума не селить их под одной крышей. Я про другое. Есть Мама №1. Её зовут Галина Петровна. Это мама моего мужа Сергея. Она приходит без звонка, открывает дверь своим ключом (Серёжа дал, я не давала, но это отдельная история), критикует мои котлеты и называет меня «деточка». У неё всегда есть мнение по любому вопросу: от того, как я глажу простыни, до того, когда нам заводить второго ребёнка. Она не спрашивает. Она утверждает...

Мы с Димой живем в областном центре. Ему 38, он инженер. Раньше он переживал, если я забуду выключить утюг. Теперь его чувство собственной важности питается от сирены. Он возомнил себя командиром взвода в нашей однушке. Я люблю его. Но если СВО затянется, я задушу его пакетом с документами, который он перекладывает каждые два часа. Я просто хочу кофе. Молча. В тишине без «Гудков» и телеграм-каналов. Наливаю кипяток в любимую кружку с оленем. Делаю глоток. Дима вылетает из спальни, как торпеда: — Стоять! Не двигаться! Руки на стол! — Дима, ты чего? Я кофе хочу...

В 16 лет я была уверена, что моя мама — главный враг человечества. Она не понимала, как я одеваюсь. Она не давала мне гулять до двух ночи. Она смеялась над моими фотографиями в соцсетях и говорила, что «так нормальные люди не красятся». Я мечтала съехать. Написать заявление. Уйти в никуда, лишь бы не слышать её голос каждое утро: «Опять не выключила свет в ванной! Ты деньги из розетки берёшь?» А потом случилось то, что перевернуло всё. Я упала. Не фигурально. Буквально. С лестницы. В 19 лет. И месяц лежала в гипсе...

Я сижу на кухне. За окном уже темно, только фонарь мигает, как будто тоже устал. На мне старый мамин халат, который я забрала, когда перевезла её к нам. Пахнет мятным чаем и чем-то ещё — тем самым, из детства, чем пахло на кухне в хрущёвке...

До недавнего времени у нас с дочерью Лерой было всё нормально. Я, мать-одиночка, тянула, как могла. Лера училась, помогала по дому — вынести мусор, сходить в магазин, пропылесосить. Не идеал, но нормальный ребёнок. А потом она получила диплом. Мы отмечали в кафе. Я была счастлива. Думала: «Всё, вырастила, теперь она встанет на ноги, и мы будем жить как две взрослые женщины — с уважением друг к другу». Как же я ошибалась. Через месяц Лера устроилась на работу. Зарплата небольшая, но своя. Я радовалась...

Мама-бухгалтер, или Как я купила сумку ценой своей финансовой девственности Всё началось невинно. Как роман с абьюзером: с комплиментов и заботы. Мы сидим на кухне, я только вышла замуж. Галина Петровна смотрит на меня поверх очков, улыбается и таким ласковым голосом: «Деточка, а кем ты там работаешь? А сколько платят? Ну, я просто из любопытства, чтобы знать, чем помочь, если что». Я лопухнулась. Сказала. Это было моей ошибкой. Первой. Но не последней. Дальше — больше. Сначала советы. «Ты могла бы искать получше»...