Образ жизни

Нарциссизм – наследство, а не воспитание Представляете, оказывается, несносный характер и раздутое эго – не ошибка воспитания или детские травмы. Окружающая среда почти ни причем, самовлюбленность, уверенность в своей исключительности и праве манипулировать окружающими прилетает нам с генами. Это утверждает психолог Митья Бак из Мюнстерского университета. В основе такого вывода лежит эксперимент. Причем весьма внушительный – более 6700 человек. В центре внимания оказались 1300 пар близнецов, их родители, партнеры и другие родственники. Участники проходили детальное тестирование: подростки оценивали свои лидерские амбиции и жажду контроля, а взрослые — потребность в восхищении и высоком социальном статусе. Сравнивая показатели в разных семейных группах, ученые смогли математически вычислить долю влияния ДНК и окружения. Нарциссизм — не просто капризность, а часть так называемой «темной триады» черт личности, наряду с психопатией и макиавеллизмом. Их объединяет — дефицит эмпатии, стремление к грандиозности и манипулятивное поведение. Анализ показал: связь между уровнем нарциссизма у родителей и детей обусловлена почти исключительно генетикой. Социально-экономический статус семьи и методы воспитания оказались лишь фоновым шумом, не играющим существенной роли. Раньше считалось, что нарциссов формируют крайности воспитания: либо чрезмерная похвала, либо жесткая критика родителей. На этой логике строилась и вся психотерапия. Однако теперь подходы придется пересмотреть. Если нарциссизм уже прописан в генетическом коде, стоит признать: таких людей практически невозможно переделать, они такие есть. А значит, и стратегии общения с ними должны быть более прагматичными — без лишних иллюзий и надежд на их чудесное преображение.

Биометрия против режиссерского чутья: прогресс или конвейер? Что делать, чтобы фильмы реально цепляли? Бристольский университет пытается ответить на этот вопрос при помощи своего нового проекта. Выглядит все как обычный киносеанс, но это умный кинотеатр, где у каждого зрителя определяют пульс, активность мозга, фиксируют каждое моргание и движение во время просмотра. Так ученые оцифровывают ту самую магию кино, которую раньше мерили лишь интуицией. Главная цель – поймать момент «коллективной синхронизации», состояние, когда одинаково реагирует весь зал. Для режиссера это идеальный маркер: сцена попала в цель. Биометрия позволяет посекундно увидеть, в какой момент сюжет держит в напряжении, а где зритель реально скучает. Недавно систему обкатали на короткометражке «Рено». Спец в области визуальных эффектов Роб Хайфл решился на эксперимент: зрителям показали разные версии монтажа его фильма, где варьировалось экранное время главного героя. Теперь Хайфл ждет отчет от датчиков: развалилось ли восприятие истории без ключевых сцен или риск был оправдан? Естественно, не обошлось без критики. Есть мнение, что математика убьет искусство: погоня за идеальными графиками превратит кино в фастфуд, подогнанный под усредненные реакции. Но сторонники проекта уверены: когда режиссер видит, как сработал его смелый прием, это дает ему карт-бланш на еще более радикальные творческие шаги. Руководитель проекта, нейропсихолог Иэн Гилкрист, смотрит шире. Он уже замерял реакции на живых концертах, выяснив, что реальное присутствие синхронизирует сердца людей гораздо мощнее любых стримов. Возможно, скоро такие системы переберутся и в лекционные залы. Тогда преподаватель сможет видеть, когда его аудитория впадает в спячку, и вовремя менять подачу, не растекаясь в пустом монологе. В конце концов, авторы проекта рассматривают датчики не как рамки для творчества, а как самый короткий путь от головы художника до сердца зрителя. Но вопрос: нужен ли этот короткий путь? Ведь настоящие шедевры часто не «синхронизируют» нас, а, наоборот, выбивают из зоны комфорта, заставляя чувствовать что-то свое. И это не объяснят никакие датчики.