Смертельная фаза. (Текст)

Людмила Райкова. Глава 26. Лучшее лекарство от печали — радость. Юлькина скороспелая операция ввергла Манюню в тревогу. Девочке только сорок пять, а уже диагноз. Дочурка, конечно, хорохорится: мол, всё пучком...

Людмила Райкова. Глава 25 Если бы не загадочная гирлянда в небе над Москвой, они с Глебом наверняка весь вечер судили да рядили бы о неловкой ситуации с Мариной. «Дескать, верить этому Тихому нельзя, ни одному словечку». Да, со стороны органов правопорядка вопросов к нему не возникло — ни тогда, ни после смерти дачной соседки Лиды. Но вопросы остались у родных Новиковой, и с ними лучше объясниться. Давно надо было, но и сейчас не поздно. Искажённые картины прошлого с домыслами и наветами врастают в историю, и получается как в том еврейском анекдоте: «Ложечки нашлись, а осадок остался»...

Людмила Райкова. Глава 24 – Нас трое у родителей было. Отец служил, мама работала в Ступине. Уедет утром, а возвращается к вечеру. Старшим повезло – у них разница в четыре года. Были как подружки, а потом я появилась...

Людмила Райкова. Глава 23 Горы — это окаменевшие деревья. А есть ещё горы металлические, которые при ударе звенят как колокол. На лаву из вулкана это не похоже. На канале «Потерянное время» пишут: освобождать планету от деревьев‑гигантов, которые в высоту достигали нескольких километров, приходилось с помощью техники. А потом эти гигантские заготовительные железные машины превратились в звенящие металлом камни. И вообще версия истории Земли, которую преподают в школах далека от реальности. Настоящую историю знают в Ватикане, а также семьи старой аристократии...

Людмила Райкова. Глава 22 Разбудил стрекот дрона. Совсем рядом, как будто завис над кухонным окном. Но он не может долго держаться на уровне окон первого этажа. Однако звук не приближался и не удалялся. Мане стало не по себе. — Гле-е-б! — проблеяла она. Да так тихо, что сама едва расслышала. Но муж мигом возник у кровати. С момента первой операции, когда спайки завязали узлом кишечник, Глеб долго и старательно выхаживал ту треть Мани, которую ему вручили после выписки. С тех пор его слух реагировал на Манины разговоры во сне, кряхтение, а уж призывы срабатывали мгновенно...

Людмила Райкова. Глава 21. В три часа ночи они не сговариваясь встретились на кухне. Маню позвала нужда. Надо было собрать озеро на полу. Раз в три месяца она размораживает свой верный Минск. Вынимает всё что есть внутри, отдирает из «айсберга» примёрзшую коробку с яйцами. Выдёргивает шнур из розетки и подставляет куда может ёмкости. Но это не спасает. В плошки попадают капли – а всё остальное на пол. Минск давно пора поменять, но Маня сроднилась с этим вместительным ящиком. Определила для него удобное место, поменяла какие-то загадочные трубки...