Неделя моды Haute Couture Spring 2026

Кутюрный сезон весны 2026 оказался камерным по числу участников, но редкостно плотным по содержанию. Он не пытался впечатлить масштабом и не соревновался в зрелищности. Вместо этого мода говорила о другом — о ремесле как о главной ценности и о внимании как о новой роскоши. Это был сезон, в котором вещи не стремились быть понятыми с первого взгляда, зато щедро вознаграждали тех, кто готов был смотреть медленно. В дебютной коллекции Dior Couture Джонатан Андерсон выстраивает показ вокруг ручного труда...

Описывая свою весеннюю кутюрную коллекцию, Зухайр Мурад неожиданно точно уловил общее настроение момента. Мир, по его ощущению, стал темнее — и потому особенно остро возникает потребность в свете. Дизайнер говорит о желании праздновать именно этот свет, приходящий после долгих ночей, — как в эпоху Возрождения после Темных веков, как тихую и упорную веру в красоту, которая продолжает существовать даже в сложные времена. На подиуме Мурад дает волю своему максимализму: модели выходят из-за монументальной...

В коллекции Golden Summer Nights of ’71 («Золотые ночи лета 1971-го») Эли Сааб возвращается к воображаемому маршруту средиземноморского джет-сета начала 1970-х — от греческого Милоса до Марракеша. Это мир частных перелетов, летних вечеринок и отпусков без расписания, где Восток и Запад свободно смешиваются, а роскошь еще ощущается естественной частью жизни. Показ проходит в парижском Театре де Шайо на Трокадеро, под живой саундтрек Томаса Веровски и Scoring Orchestra — с ностальгией по золотой эпохе и современным звучанием...

Высокая мода сегодня все больше похожа на закрытый клуб: любое движение внутри сразу сдвигает расстановку сил. С приходом новых креативных директоров в Dior и Chanel этот сезон стал особенно напряженным, и на этом фоне Дэниел Роузберри в Schiaparelli оказался в странной, почти парадоксальной позиции — человека, от которого вдруг ждут чего-то особенного. За этим «особенным» он отправился в Рим. Первая встреча с Сикстинской капеллой стала для него ключевой: строгие, выверенные стены и потолок Микеланджело — живой, текучий, созданный в долгом, почти физическом движении...

Показ Valentino начался не с музыки и не с выхода модели, а с кадра из документального фильма Мэтта Тирнауэра Valentino: The Last Emperor («Последний Император»). С экрана говорил Валентино Гаравани — уже как фигура истории. В этом фрагменте дизайнер, накануне ухода на пенсию в 2008 году, вспоминает себя молодым — и то, как влюбился в журналы, кино и моду. «Я мечтал о кинозвездах, обо всем красивом в этом мире. Мама говорила: ты мечтатель, ты все время мечтаешь», — говорит он. В этот момент ловишь себя на мысли, что эта интонация удивительно рифмуется с мироощущением Алессандро Микеле...

Сильвана Армани, племянница Джорджо Армани, больше четырех десятилетий работала рядом с дядей, пройдя внутри дома путь от первых лет до Emporio Armani и роли правой руки маэстро в Privé. После его ухода в сентябре она впервые выходит на первый план, представляя Дом уже как креативный директор. В кутюрной неделе, насыщенной громкими мужскими дебютами, Сильвана остается единственной женщиной во главе кутюрного дома — деталь, которая точно не случайна. Ее первый показ, созданный вместе с командой, получился элегантным и подчеркнуто женственным: легкий по настроению и текучий по линиям...