Отношения

Солнце плавило песчаный берег, превращая воздух в густое, пахнущее кремом для загара и жареными чебуреками марево. Сергей сидел в шезлонге, надвинув козырёк кепки на самые глаза, и тщетно пытался отгородиться от какофонии звуков. В свои пятьдесят два года, отдав добрую половину жизни службе в МЧС, он ценил тишину больше любых курортных развлечений. Его жена, Анна, увлечённо читала детектив, изредка поправляя съезжающие на нос солнцезащитные очки. Взгляд Сергея, привыкший автоматически сканировать водоём на предмет опасности, зацепился за странную картину метрах в пятнадцати от берега...

– Настюш, ну как там? Сессия скоро? Настя прижала телефон плечом к уху, не отрывая взгляда от раскрытого конспекта. Закладка торчала на сто двадцать третьей странице криво, как всегда, а строчка перед глазами расплывалась: она читала её уже в четвёртый раз и снова не понимала ни слова. – Через три недели, мам. Готовлюсь. В трубке звякнула посуда, зашипело что-то на плите, и Настя сразу представила кухню в Рязанской области: выцветшую клеёнку на столе, банку с ложками у окна, полотенце на плече у матери...

— Как только распишемся, я сразу поставлю условие: его маманя на пороге нашего дома больше не появится! Резкий, расчётливый голос Миланы, доносившийся из приоткрытой двери спальни, мгновенно разрушил мой выстроенный мир. Я так и замер в прихожей, сжимая в руках роскошный букет пионов. В кармане пиджака лежала бордовая бархатная коробочка с кольцом. Вечером в ресторане я собирался сделать ей предложение, но решил заехать домой пораньше, чтобы сделать сюрприз. Сюрприз получил я сам. — Инга, ну я тебя умоляю, какая любовь? — Милана раздражённо цокнула языком...

— Я имею право его видеть. По закону, Андрей. Я его мать. Раздался настойчивый, режущий слух звонок в дверь. Андрей вздрогнул. Субботнее утро текло своим чередом: на плите тихо булькал бульон, в стиральной машине крутилось постельное бельё, а из детской доносились приглушённые голоса мультяшных героев. Он вытер влажные руки о кухонное полотенце и пошёл в прихожую. Щёлкнул замок. Андрей потянул тяжёлую металлическую дверь на себя и замер, словно натолкнувшись на невидимую ледяную стену. На пороге стояла она...

— «Этого не может быть...» — прошептала я и так крепко сжала пожелтевший листок, что хрупкая бумага едва не треснула у меня в пальцах. На чердаке было душно, пахло сухой пылью, старым деревом и какими-то чужими, давно забытыми жизнями. Луч света из маленького окна падал прямо на открытую шкатулку, стоявшую среди коробок с ёлочными игрушками, старыми квитанциями и потускневшими альбомами. Кривой синий домик, зелёное солнце, жёлтый кот с длинным хвостом и печатные, неровные буквы внизу: «Для Риты от Веры...

— Илюш, ты только мясо не пересуши, как в прошлый раз, ладно? — лениво протянула Марина, щурясь от яркого солнца, и привычным жестом поправила съехавшую бретельку купальника. Она откинулась на спинку новенького шезлонга, наслаждаясь моментом абсолютного покоя. Над ухоженным газоном кружился невесомый тополиный пух, оседая на зелёной траве белыми хлопьями. В воздухе густо пахло разогретой хвоей и сладковатым дымком от мангала. Илья стоял у огня, ловко переворачивая шампуры, и довольно улыбался. Супруги...