Места Силы

Кочевая жизнь закаляет. Путешествия способны выявлять всё самое главное и затенять несущественные детали. Новые страны, города, культуры, религии, языки учат ум быть непредвзятым, а сердце — открытым. Проходишь шаг за шагом свои пути и дороги — видишь больше, чувствуешь тоньше, понимаешь острее. Уже не судишь людей по одёжке, не отстраняешься от них только потому, что они молятся по-другому, едят руками или имеют привычку улыбаться друг другу на улицах. Вливаешься. Даёшь чему-то новому просочиться под кожу и сделать тебя лучше, многограннее...

Посвящается моей маме и ее безусловной любви Я тут гастарбайтерством в Таиланде занялась. Да, докатилась, ничего не скажешь. «Офигенная жизнь!»? «Да ты, вообще, живешь полноценной жизнью!»? Помилуйте! Болтанка между странами, тоска по твердой земле, включающаяся в самолетном кресле, неприкаянность, существование на милости хозяев — жителей очередного экзотического государства, маленькая зарплата, мыкание по общагам, безуспешные попытки приучить язык и нёбо ко вкусу иноземных кушаний. Как? Ах, да! Еще это постоянная необходимость умещать 6-8 месяцев жизни в пару чемоданов...

До меня дошло. Сегодня, сидя в изоляции от мира, когда жизнь особенно скучна и сера, я вдруг осознала, в чем секрет притягательности этих проклятых южных курортов. На глаза попались снимки из моей первой турецкой, да и вообще зарубежной поездки в Аланию. Покопавшись, я нашла и фоточки другого веселого путешествия в мир аланийских развлечений в компании турчанки Эбру, ресепшионистки из отеля «Май Доу» (жмите, ссылки приведут вас на соответствующие посты). Сравнила свои ощущения: первый раз, неопытный...

Бланка бродила по лабиринту, как во сне. В вечерних сумерках узкие улочки Калеичи ничем не отличались от ирреальной архитектуры Города-из-Снов. Они струились из-под ног без логики и системы, резко сворачивали, пропадали напрочь в визуальных обманах кривой перспективы, размывались в темно-коричневой мгле, разбавленной оранжевыми светильниками. Калеичи извивался, как тугой моток лент Мёбиуса, уводя в никуда, состыковывая противоположные концы. Нарушая законы геометрии четырехмерного пространства.. ...

Всякий раз, когда судьба приводила ее в Анталью, Бланка ощущала странное внутреннее сродство с этим городом. Светлая, радостная, задорная Анталья оживленно гудела, как восточный базар. Через пару кварталов вдоль по улице Джумхуриет Бланка покорно сдавалась в плен дурманящему бормотанию местных джиннов и сладкоголосым напевам пери. Анталья помнила свою поклонницу. Ежедневной звенящей песней жизни она говорила непокорной собирательнице даров судьбы: «Я люблю и буду ждать тебя всегда — только не сдавайся»...

На холмах Грузии лежит ночная мгла; Шумит Арагва предо мною. Мне грустно и легко; печаль моя светла; Печаль моя полна тобою... А.С.Пушкин Бланка была по-прежнему влюблена в демонического Эйсу. Прошло полгода с того момента, как она потеряла его. Тело Бланки остыло от южного зноя и забыло поцелуи юного паяца. Стало ясно, что и весной она не вернется в приют неприкаянных душ, где впервые встретила его. Суровая родина Бланки третий месяц подряд праздновала воцарение Снежной Королевы, а сама она планировала паломничество любви на родину Эйсы — в «Теплый Город»...