Лютик рекомендует

По вторникам в деревенский магазин всегда привозили свежую выпечку. Потому у прилавка образовалась небольшая очередь из сладкоежек и алкоголиков. Борис не был ни тем, ни другим. Сладкого не любил, а водку, если и покупал, то так, на всякий случай. Держал дома для гостей. Сейчас перед Борисом отоваривались две приятельницы, Люба и Ирина. Обе были слегка навеселе, сыпали шутками и сами же громко хохотали. По всему видно, пришли за добавкой, и предчувствие скорого возлияния делало их счастливыми и фамильярно-дружелюбными...

Жил-был неизвестный писатель, Толик Жижкин. К своим сорока годам он написал два романа, три повести и несколько десятков рассказов. Но серьёзные издательства не хотели сотрудничать с ним. Чаще всего знакомый редактор говорил: "Прости, Толик, но... неформат". Или: "Твой роман неплох, живенько так, но... нет пока подходящей серии". И вот Толик, пропивая последнюю тысячу рублей, решил добровольно уйти из жизни. Вот тогда его романы станут форматными, а сам он встанет в один ряд с мёртвыми классиками! Он вспомнил о том, что многих гениев признавали только после смерти...

Многие в посёлке поговаривали, что Надежда знается с нечистым. Всё потому, что она была одинока, но мужчинам, что пытались завести с ней отношения, давала от ворот поворот. Надежда появилась в поселке несколько лет назад, устроилась учительницей в местной школе. Обжилась, завела хозяйство, но своей так и не стала. И видать, решила уехать. Иначе зачем бы ей идти к соседке, Сороке, с предложением купить у нее курочек-несушек? Птица у Надежды была отменная, но Сорока надула губы: — Не знаю, не знаю...

Вадим Михайлович – страстный рыбак. В этот раз он приехал на новое место. Предвкушая хороший клёв, он как раз прилаживал одну из блёсен, на которую возлагал большие надежды, как вдруг заметил в воде странное свечение. Отложив спиннинг, Вадим Михайлович вошёл в реку. Он подошёл настолько близко, насколько позволяли его болотные сапоги. На дне определённо что-то светилось. Любопытство пересилило нежелание лезть в холодную воду, и рыбак, зайдя в реку по пояс, присел. Опустив руку, он схватил со дна песок и камни, и вытащив, поднёс к глазам...

Прогуливаясь по парку, где были выставлены стенды с различными тематическими фотографиями, участвующими в конкурсе, две подруги, Карина и Надежда, умилялись, в основном, изображениям животных. Вот милые котики, ах, какая чудесная семейка бобров, а вот тюлени с бельками! Увидев среди бельков и котиков фотографию девушки с собакой, Надежда Васильевна отвернулась, находя её слишком бесстыдной. Девица-то была в бельё, почитай, что голая. Карина даже не обратила внимания на это фото. — Смотри, Каринка, стыдобища-то какая! — исправила этот факт Надежда, показав пальцем подруге на бесстыжую девицу...

В транспортный отдел снова требовалась машинистка. Это было какое-то заколдованное место: девушки, устроившись на эту должность, спустя короткое время или оказывались "в положении", или просто исчезали в неизвестном направлении. Только за последний год сменилось четыре машинистки. Конечно, можно было бы заподозрить кого-то из начальствующего состава в аморальном поведении, но все девушки были очень разными и на вид, и по характеру. Взять к примеру, последнюю машинистку Нину Дыгай — полнотелую,...