Лазар смотрел вслед старику до тех пор, пока его силуэт окончательно не растворился в серой мороси. В голове теснилось множество мыслей — о Милоше, который сейчас, наверное, впервые за долгие годы по-настоящему...
Завтрашний день, как и обещал Угольку его собачий сон, наступил. Он пришёл не с фанфарами и громом, а тихо, как и всё важное в этой истории, — сереньким утром, пахнущим мокрой листвой и близким дождём...
В одном городе, который не был ни большим, ни маленьким, а просто был городом, наступила весна. Она пришла не вдруг, а тихо, как подкрадываются сумерки, — сначала робкой зеленой дымкой на деревьях в парке, потом первым одуванчиком, пробившимся сквозь трещину в асфальте, и наконец — запахом...
В городе, который, в общем-то, был самым обыкновенным городом, стоял дом, который тоже казался самым обыкновенным. Он был трехэтажным, с облупившейся серой штукатуркой и темным, всегда прохладным подъездом...