Это написали мы!

На узкой улочке старого города жил мастер Тахир. Говорили, что он помнит каждый сучок на каждом дереве от базара до караван-сарая. Помнит и не забывает. Внешне он был ничем не примечателен: невысокий, сухорукий, с лицом, выдубленным ветром до цвета старой кожи. Но глаза у него были необычные – тёмные, с мягким дрожащим светом, будто внутри каждого горела крошечная лампада. Руки, узловатые, в шрамах от металла и заноз, двигались с такой точностью, что казалось, видят то, чего не видят глаза. Тахир делал весы...

Мы сидели на брёвнах у ворот и скучали. Мы – это я, Танька и Вовка. Вовка был самым маленьким, зато в его голове вечно крутились интересные идеи. Как и сейчас. — Айда на водоём! Лягух ловить! – выпалил он, сковыривая с бревна смолу. — Зачем? – удивилась я. — А поймаем и надуем! – Вовка аж подпрыгнул от собственной идеи. — Надуем?! — у меня даже дыхание перехватило. Будучи городской девчонкой, я надутых лягух отродясь не видела. — Ну. Я видел, как пацаны её надули, и она улетела, — тараторил Вовка, размахивая руками...

Говорят, Девы любят порядок. Чтобы чашки в шкафчике  стояли ровно, книги на полке не пылились, а жизнь хотя бы иногда шла по плану. Но бабушка моей подруги Аси была Девой и считала главным совсем другое. Она всё замечала. Замечала, что сосед сегодня улыбается чуть меньше обычного. Что воробей на подоконнике прихрамывает. Что внучка  сказала  "всё нормально"  слишком быстро. Однажды Ася пришла  к ней после школы и бросила  рюкзак у двери. — Всё нормально, — сказала  Ася. Бабушка посмотрела на неё  поверх очков...

— Какая-то ты неправильная Дева. — многозначительно заключила Оксанка, продолжая работать утюгом. — Да? И ладно. Зато одна такая. — не отвлекаясь от рабочего процесса, легкомысленно хмыкнула Ася. Вторая смена практики подходила к концу и Ася думала о том, придёт ли Дима её встречать или обещание было дано в запале свидания. Девчонки вышли из мастерской, Ася же медлила, волнуясь, что не увидит кавалера. Он ждал в фойе. В лохматой шапке-ушанке, телогрейке и огромных валенках, на спине висел нагруженный, рюкзак...

Была похожа дева на луну, В серебряном до пола платье. Никто о ней мечтать не смел, Не жаждал заключить в объятья. Она парила словно над землёй, Её шаги были легки И освещённые луной В глазах сияли васильки. А гордый взор, как...

Да, Анна проснулась, а город лишь начал дышать. Рассвет в этот миг был не светом, а лишь обещаньем, И в комнате чистой — есть свежести запах, молчанья. Всё так идеально, заправлена даже кровать. И ей так казалось, что можно расслышать в тиши — Как время легко, аккуратно листает страницы, Шуршит день за днём, лишь мелькают знакомые лица, Порядок во всём, и она никуда не спешит. Совсем не любила бессмысленности, суеты – Ей важно, чтоб каждая мелочь лежала не месте, В ней не было шума — спокойствие в мысли и жесте...