ЭПОС ТЭБ-ТЭНГРИ

ГЛАВА 19. ЗВЕЗДНАЯ ЛАВИНА. ТРЕТЬЯ ВЕЛИКАЯ БИТВА У ГОРЫ НАХУ-КУН. Престарелый найманский Таян-хан прочно восседал на золоченом престоле в своей роскошной кочевой ставке, полностью ослепленный шкурным высокомерием и сытой расслабленностью векового благополучия. Древний правитель лениво взирал на испуганных вестников, примчавшихся из пограничных распадков, и его надменный, скрипучий голос хладнокровно прорезал густой дым священного артыша. Опытный найманский воевода Корсу-баатур тяжело шагнул вперед,...

ГЛАВА 16. ПЕРВАЯ ВЕЛИКАЯ БИТВА. ИСКОРЕНЕНИЕ ТАТАР ПРИ ДАЛАН-НУМЕРГЕСЕ. Зимы неумолимо текли с момента Великого Сбора Родов у священных Истоков Онона. Тэмуджин и его верный ровесник Тэб-Тенгри вошли в пору полной зрелости, когда предвечное небесное знамение наконец обрело силу неоспоримого Кона. В Юрте Ханп уже звенели голоса его возмужавших наследников — Джучи, Чагатая, Угэдэя и Толуя, рождённых любимой Бортэ ради продолжения Высокого Рода. Время тяжёлого затишья, скрытного объединения разрозненных...

ГЛАВА 13. КРОВНЫЙ ИЗЛОМ АНДОВ. ВЕЛИКАЯ СЕЧА ПРИ ГУЛЕГУ. Тэмуджин спокойно шагал вдоль линии костров главной ставки, и рокочущий степной ветер колыхал полы его длинного суконного дэли, надетого поверх пластинчатого доспеха. Накануне верные лазутчики Хасара привезли суровое известие о том, что хмурые улусы тайчиутов на востоке окончательно объединились с туменами Джамухи, готовя вероломный набег на боржигинские кочевья. Но в этот вечер взоры всех воинов лагеря были обращены не к дальним границам, а к обособленной белой юрте, стоявшей под глухой защитой векового леса...

ГЛАВА 10. ВЕЛИКИЙ ИСХОД К СЕЛЕНГЕ И ПОИСК БОРТЭ. Едва горькое, леденящее багровое солнце тяжело поднялось над безкрайней степной Твердью, объединённая лавина туменов Тэмуджина, Тоорил-хана и Джамухи грохочущим строем со свистом сорвалась со степной протоки. Многотысячная конная стена в один миг всколыхнула всё окружающее пространство, превращая звенящую утреннюю тишину долины в сплошной, тяжеловесный утробный гул проснувшейся земли, от которого вековые гранитные кручи содрогнулись до самых своих потаённых глубин...

ГЛАВА 7. ИСХОД К ХОНГИРАТАМ И СОЕДИНЕНИЕ СУНЭ-КУТ. На самом исходе предрассветного тумана, когда ледяная седина ещё мёртвой хваткой сжимала каменистые уступы Бурхан-Халдун, над вековой Хэнтайской тайгой воцарилось леденящее, звенящее безмолвие. В это утреннее мгновение во всём пространстве не пели птицы, и дикие таёжные звери в страхе забились в самые глубокие норы, словно вся земная Твердь затаила дыхание перед неотвратимым изломом судьбы. Вместо мирного весеннего солнца сквозь рваные серые тучи...

ГЛАВА 4. ОГНЕННЫЙ ИЗЛОМ И СТЕПНОЙ КАПКАН. Год Белой Лошади намертво, капля за каплей, отсчитал свой суровый, предвечный зимний круг над зеркальной, леденящей, звенящей от глубинного подспудного гула гладью священного озера Буир-Нуур. Десятилетний Тэмуджин полностью, до последнего вздоха и до крайнего сурового рубежа завершил своё сакральное испытание в мирных, укрытых от свирепых степных буранов стойбищах старого Хранителя рода Дэ-Сечена, прочно и бескомпромиссно закрепив свой пробуждённый дух на...