Юмористические рассказы

Меня зовут Ваня. Не знаю, как у вас, а у меня каждый день — как отдельная комедия ошибок. Вот вчера, например, забыл ключи дома. Не просто забыл — положил их в карман, который не существует. А когда понял, что стою под дверью с сумкой, полной всего, кроме нужного, решил, что пора что-то менять. Кофе? Тот самый ароматный, в который я верю с утра. Сегодня он предательски выскользнул из рук и осел прямо на мою рубашку. Не на поднос, не на стол — а на рубашку. Ну, хоть запах хороший. А в метро — я, как всегда, решил проверить закон всемирного тяготения на прочность собственной обуви...

Сначала были лекции. Они проходили по утрам, сразу после росы. Курица Милашка взбиралась на старую перевёрнутую кадку и начинала «курлыкать» особым образом: с паузами, с интонацией, с непонятной, но уверенной интонацией, как будто читала стихи Омара Хайяма на курином. Остальные куры слушали. Петух сперва возражал — вставал в позу, пытался кричать поверх лекций, но однажды Милашка просто повернулась к нему и… взглянула. Долго. С пониманием, но строго. И он заткнулся. И с тех пор вёл себя смиренно, даже кокетливо...

На шестой день дачного уединения у Платона Иваныча пропала курица. Курица звалась Милашкой и числилась в хозяйстве как особо нравственная. Не гадила в поилку, спала на правом насесте и клевала ровно столько, сколько ей действительно требовалось — без обжорства и истерик. Исчезновение произошло тихо. Без криков, без взметнувшегося пера. Вечером была — утром нет. — Похищение, — мрачно сказал Платон Иваныч, положив кусок хлеба на крыльцо. — Или озарение, — философски буркнул сосед Вася, почёсывая пяткой самогонный аппарат...

Проснулся он не потому что выспался… И не потому что на работу. Да и какой тут будильник — последний раз он звонил ещё в другой жизни. Там, где брюки гладили, а кофе не заканчивался. А тут — просто проснулся. От взгляда. Точнее — от взгляда кота. Такой, знаете, взгляд, которым древние жрецы, вероятно, провожали души в загробный мир. Без агрессии. Но с недоумением: «Ты серьёзно? Опять ты? И опять ничего?..» Он сел на кровати. Не резко. Резко он уже давно ничего не делал. Спина хрустнула, как свежий батон...

В отделе внутреннего документооборота компании «Эврика-Лайт» кофе был последним бастионом здравого смысла. Все остальное — сроки, отчеты, «синергия» и «кейсы» — давно скатилось в корпоративный маразм. Но кофе… кофе был честным. Горячим. Надежным. Пока не появился он. — Это просто кофемашина, — сказал системный администратор Паша, поставив на стол черный блестящий агрегат марки «CaffeVeritas 9000». — Но с искусственным интеллектом. — С чем? — спросила Тамара Алексеевна, бухгалтер с тридцатилетним стажем и косточками на обеих ногах...

Во дворе дома № 7 по улице Героев Мясной Промышленности — месте тихом, слегка потрёпанном и плотно засаженном сиренью и лавочками — с недавнего времени началась война. Война эта не классическая, без окопов, артиллерии и диверсий по ночам. Хотя нет — диверсии были. Только немного не те, которые вы могли бы ожидать. Началось всё с того, что к Марии Артемьевне, женщине бодрой, громкоголосой и вооружённой (на тот момент) только шваброй, влетел в окно дрон. — Он мне чуть не задел бигуди, — рассказывала она позже на лавке, потрясая этим самым бигуди, как доказательством происшествия...