Галактические цветы

Неизвестная точка пространства и времени Сверхдальняя орбита оранжевой звезды Флагман вторжения «Железный клык» висел в пустоте, словно хищник перед броском. Его броню прорезали длинные тени, а из‑под щитков реакторов пробивалось багровое свечение — будто кровь, пульсирующая под кожей. В командном отсеке царил упорядоченный хаос. Голографические проекции планет дрожали в воздухе, пересекаясь с траекториями атакующих групп. Адмирал Ксарр‑7, представитель высшей касты антроморфов, восседал в кресле из спрессованных костей древних врагов. Его пальцы с металлическими накладками выстукивали ритм на подлокотнике — тревожный, как биение сердца перед схваткой...

Неизвестная точка пространства и времени Сверхдальняя орбита оранжевой звезды Патрульный крейсер «Депрессивный змей» нёс вахту уже четвёртый месяц на дальних рубежах системы оранжевой звезды. Вокруг — безмолвная громада космоса, лишь изредка нарушаемая метеоритными роями и сигналами автоматических разведдронов. Система выглядела перспективно: трансурановые элементы в астероидных поясах, залежи титана и никеля на вторых‑третьих планетах, а на четвёртой — даже запасы углеводородов. Но главное — пятая планета...

Сверхдальняя орбита Зелёной звезды. Борт крейсера «Хромающий питон». Капитан третьего ранга Ксилос устало потёр переносицу. Очередная вахта в «тихом» секторе. Уже третий месяц его крейсер патрулирует эту систему — унылую, словно выцветшая голограмма: небольшая станция-маяк, пара заброшенных астероидных шахт и… тишина. Только датчики монотонно щёлкают, отсчитывая секунды. — «Тихий сектор», — хмыкнул Ксилос, разглядывая данные с сенсоров. — Как же. Три системы уже перешли под Империю, а мы тут прохлаждаемся...