Начальники, коллеги и соседи

Ольга вытащила из духовки противень с воздушными, золотистыми эклерами и блаженно прикрыла глаза. Кухню наполнял густой аромат ванили и заварного крема. Этот запах был для нее синонимом счастья, уюта, правильности жизни. Она обожала печь. Не просто готовить, а именно творить — создавать из муки, сахара и масла маленькие шедевры, которые заставляли людей улыбаться. В комнату, шурша дорогим платьем, впорхнула ее двоюродная сестра Светлана. Она всегда появлялась так — внезапно, шумно, принося с собой вихрь из запаха духов, громкого смеха и наполеоновских планов...

Ольга поставила свою кружку с остывшим чаем на край стола и осторожно, опираясь обеими руками о подлокотники кресла, попыталась встать. Спину пронзила привычная, но оттого не менее острая боль. Она замерла на секунду, пережидая, пока разряды тока, бегущие по позвоночнику, утихнут. Взяв с угла стола свою изящную, но такую необходимую трость, она медленно направилась к кулеру. Каждый шаг давался с трудом, который она научилась мастерски скрывать за спокойной, немного усталой улыбкой. Офис жил своей обычной жизнью: гудели компьютеры, тихо переговаривались коллеги, где-то в углу звонил телефон...

Солнце припекало по-летнему, хотя на календаре был только конец мая. Аня с улыбкой смотрела, как её шестилетний Миша катит перед собой игрушечный грузовик, а четырехлетняя Катюша, крепко вцепившись в его футболку, семенит рядом. День был просто создан для долгой прогулки на их любимой детской площадке. Площадка эта была сердцем их небольшого двора, зажатого между тремя пятиэтажками. Старенькая, ещё советских времен, с потёртой горкой и скрипучими качелями, но такая родная. Здесь все друг друга знали, мамочки обменивались новостями, а дети вместе строили песчаные замки...

Я до сих пор не могу поверить, что эта история произошла со мной. Всегда считала себя человеком неконфликтным, тихим, старалась со всеми соседями поддерживать если не дружбу, то хотя бы добрососедские отношения. Но, как говорится, не зарекайся. Все началось с ремонта. Квартира эта досталась мне от бабушки, и я лет десять, наверное, откладывала деньги, чтобы привести ее в божеский вид. Представляете, обои еще те, бумажные, в цветочек, которые отходили от стен пластами, скрипучий паркет, который помнил, наверное, еще Брежнева, и санузел, в который было страшно заходить...

Тишина в квартире моих родителей всегда была особенной. Не глухой, ватной, а звенящей, наполненной жизнью. Здесь скрипела половица под ковром, тикали старые часы с кукушкой, за окном шелестел старый тополь. После того как родителей не стало, эта квартира, доставшаяся мне, стала моим убежищем. Я, Аня, учительница музыки в младших классах, ценила эту тишину как никто другой. Я не устраивала шумных вечеринок, не звала толпы гостей. Моими друзьями были книги и фортепиано, на котором я играла исключительно днем, в положенное по закону время...

Я вернулась домой, как выжатый лимон. Отчет, который нужно было сдать еще вчера, высосал из меня все соки, и единственное, о чем я мечтала, — это поставить машину, подняться в свою тихую квартиру, заварить травяной чай и рухнуть на диван с книгой. Моя «ласточка», новенькая, пахнущая свежей кожей и успехом, была моей гордостью. Я копила на нее три года, отказывая себе во многом, работая по выходным. Это была не просто машина, а символ того, что я, сорокалетняя женщина, могу всего добиться сама. Наш...