Scientia

Крым… Вот ведь слово какое-то. Легкое, будто ветерок с моря. И сразу всплывает: солнце, море, кипарисы. Ну, это первое, что приходит на ум, как клише, да? А ведь хочется чего-то другого. Чего-то настоящего. Мы же все туда едем не просто так. Не только за загаром. Ведь так? Внутри каждого из нас что-то такое сидит, какая-то струна, которая отзывается на слово "Крым". И вот стоишь ты на набережной, смотришь на эту синеву, и думаешь: а что я, собственно, ищу? Покой, наверное. Просто остановить этот вечный бег, эту суету...

И вот он, финиш. Пятый день. Пятый, а кажется, что целая вечность прошла, вся жизнь пронеслась перед глазами, и вот мы здесь, в этом зале “Моего Бизнеса” в Симферополе, на пороге чего-то огромного, чего-то, что еще вчера казалось немыслимым. Дипломы. Звучит так просто, но за этим словом – столько надежд, столько лет мечты, о том, чтобы продавать. Продавать. Не просто товары, а частичку себя, частичку нашей земли, крымскую косметику, супчики и каши, сухостой и сухофрукты – все это сокровище, которое мы так любим, пустить в плавание по бескрайним просторам нашей Родины...

Симферополь, утро. Ещё прохладное, но уже солнечное. В эволюте не тесно и уютно. Четыре человека, четыре судьбы, и вот мы в одной машине, едем в Сакский район. Зачем? Да просто так. К горячим сероводородным источникам. Вчетвером. Кажется, именно такие моменты и есть настоящая жизнь. Не громкие праздники, не важные дела, а вот эти простые, немного нелепые вылазки. Мы едем, смеёмся, вспоминаем что-то, спорим о пустяках. За окном мелькают поля, брошенные сады, редкие деревушки. Чувствуешь, как городская суета остаётся где-то позади, а внутри появляется какая-то… тишина...

Ах, помилуйте, какая «крымская кухня»! Что это за диво дивное, откуда взялось, позвольте уж мне, человеку греховному, но, как говорится, пожившему, рассудить! Уж не привидение ли это новое, что вновь зародилось в головах у наших журналистов, которые, вместо того чтобы черпать вдохновение из глубин народной души, ищут его в каких-то заморских, да, право word, несуществующих понятиях? Есть, конечно, и татарская, и греческая, и итальянская, и армянская, и русская, и даже, смею сказать, кавказская — всё это, видите ли, отпечаток наложило, след оставило, как говорится, Бог велел...

Симферополь, весна. Не та, что в старых фильмах, где сирень клонится до земли, а та, что в душе – вечная, полусонная, будто под гипнозом. Люди ползут по улицам, таща на себе не столько сумки с рынка, сколько груз неосоделанного. Прокрастинация здесь – не болезнь, а национальное достояние, как древние развалины или неиссякаемый источник парадоксов. Вот сидит, к примеру, в кафе с видом на мутное море, где-то в Алуште, молодой человек. На столике – остывший кофе и ноутбук, раскрытый на странице с резюме...

Сгусток усталости. Именно так. Не просто усталость, а именно сгусток, который, кажется, уже вырос внутри, под ребрами, и давит, пульсируя в ритм наливающейся свинцом пятки. Мечта. Она где-то там, за горизонтом, который давно уже слился с мутным небом, за пеленой из простуженных соплей и треснувших губ. Идти. Слово, которое потеряло всякий смысл, превратившись в команду: "Не останавливайся, пока не рухнешь". Давление. Оно скачет, как блоха на раскаленной сковородке, то взлетая до небес, грозясь порвать черепные коробки, то падая куда-то вниз, в черную бездну, откуда уже не вернуться...