Архетипы дома Романовых

Всё началось в 1613 году. После Смутного времени на русский престол призвали шестнадцатилетнего Михаила Романова. Перед тем как отправиться в Москву на царство, его мать, старица Марфа, благословила сына иконой Феодоровской Божией Матери — родовой святыней дома Романовых, которая хранилась в Костроме. С того дня эта икона стала для династии святыней, покровительницей царского рода. Ни одно важное событие — ни венчание на царство, ни свадьба — не обходилось без неё. Все они получили отчество не в честь какого-то конкретного царя Фёдора, а в честь святыни, осенявшей весь императорский род...

Первого января 1710 года Москва увидела зрелище, какого не видывала никогда ранее. Двадцать две тысячи пленных шведов, финнов, немцев шли по заснеженным улицам мимо триумфальных ворот с издевательской надписью «На стыд и позор шведам». За ними волокли по грязи двести девяносто пять мокрых, тяжёлых знамён. Войско, ещё вчера считавшееся лучшим в Европе, теперь брело пешком, глядя в спину человеку на коне. Пётр ехал в мундире, пробитом осколками, в шляпе с дырой от шведской пули. Он въезжал в Москву как античный триумфатор, чествуя сам себя...

В истории о том, как дочь великого Петра превратила насмешливый отказ французских принцев в фундамент своей будущей славы, есть одна горькая ирония. Те, кто когда-то счёл её неподходящей партией для своих королевских сыновей, даже представить не могли, что пройдёт совсем немного времени, и эта «недостойная» девушка станет полновластной хозяйкой огромной империи, заставив говорить о себе всю Европу. Он мечтал выдать свою младшую дочь за сверстника, юного Людовика XV, а если не выйдет – за его родственника, Людовика де Бурбона, герцога Орлеанского, будущего регента Франции...

В российской околомонархической тусовке уже много лет ходят разговоры о двух массивных фигурах, которых в насмешку с иронией называют «государыня Мария Владимировна» и «царевич Гоша». Речь идет о Марии Владимировне Романовой и её сыне Георгии Михайловиче Романове, которые позиционируют себя как глава и наследник Российского императорского дома. Она — дочь князя Владимира Кирилловича Романова, который в эмиграции провозгласил себя главой императорского дома, и княжны Леониды Георгиевны Багратион-Мухранской...

Это противоречие мучило историков не одно поколение: почему отец, обожавший Анну и, по слухам, мечтавший видеть её на престоле, собственноручно лишил её этого права в брачном контракте? Её мать, Екатерина еще была лишь любовницей царя. Петр и Екатерина были родителями восьмерых детей, из которых выжили лишь две дочери – Анна и Елизавета. Петр обожал их обеих, но современники отмечали особую нежность именно к старшей. Анна была похожа на отца: высокая, черноглазая, стройная, умная и любознательная...

История о том, как великая княгиня Мария Павловна, прозванная при дворе «Мекленбургской фурией» или «Великой герцогиней Владимирской», плела интриги против императора Николая Второго, чтобы возвести на престол своего старшего сына Кирилла, — одна из самых мрачных и запутанных страниц последних лет династии Романовых. Эта женщина, в салонах которой звучала лучшая музыка и собирался цвет аристократии, втайне мечтала стать матерью императора. С самого появления в России в 1874 году чувствовала себя не просто великой княгиней, а фигурой, равной самой императрице...