Музыка эпохи

Осенью 1978 года студентов Свердловского архитектурного института отправили на картошку. Там Вячеслав Бутусов и Дмитрий Умецкий познакомились; группу они создали позже. До первой записи оставалось четыре года. До распада — почти двадцать. За это время они сменят три названия, найдут поэта, который изменит всё, выпустят альбом в квартире за несколько недель — и получат аудиторию, которая не забыла их до сих пор. Первое имя группы — «Али-Баба и сорок разбойников». Другие свердловские рок-музыканты отреагировали без энтузиазма...

В ранней истории ДДТ есть две разные сцены, которые часто сливаются в одну. В 1982 году группа стала лауреатом конкурса «Золотой камертон». А год спустя выступила на фестивале «Рок за мир» — и запись с Юрием Шевчуком не попала в телевизионную программу...

В январе 1988 года Егор Летов вернулся в Омск и записал альбом «Всё идёт по плану» в домашней студии. Почти все инструменты он сыграл сам. Но в финале заглавной песни к нему присоединились случайно заглянувшие друзья — и получилась звуковая сцена, которую трудно спутать с обычной рок-записью. Позже песню стали воспринимать как политический гимн. Летов объяснял иначе: это монолог уставшего, опустившегося человека, который смотрит телевизор и говорит чужими, официальными словами. Разрыв между авторским замыслом и народным прочтением стал частью её истории...

В 2000 году в прессе широко разошлась история о предложении группе миллиарда долларов за сто концертов. ABBA отказалась. Не потому, что не нуждалась в деньгах, и не потому, что участники разлюбили собственную музыку. Причина звучала почти философски: они хотели, чтобы их помнили такими, какими они были на самом пике, — молодыми, полными энергии, а не постаревшими артистами, вернувшимися на сцену ради заработка. Группа, продавшая свыше 375 миллионов записей по всему миру, разошлась именно тогда, когда могла бы конвертировать свою популярность в бесконечные новые контракты...

Руководство звукозаписывающей компании смотрит на смету и качает головой: около полумиллиона долларов на четырнадцатиминутную музыкальную короткометражку — сумма, которая на тот момент казалась просто нелепой. Никто прежде не тратил таких денег на клип. Майкл Джексон слышит отказ и делает то, что мало кто в его положении решился бы сделать: достаёт собственные деньги и снимает то, что задумал, независимо от того, готова ли индустрия за это платить. Результат — почти четырнадцатиминутная короткометражка...

Продюсер сидит за пультом в студии Capitol Studios, готовясь записать очередной дубль. Певица открывает рот — и первые 16 секунд звучат абсолютно без единого музыкального инструмента, только её собственный голос, летящий в пустой звукозаписывающей комнате. Позднее продюсер Дэвид Фостер вспоминал, что именно эта вокальная идея, предложенная Кевином Костнером, сразу показалась ему исключительной. Песня, которая должна была стать просто саундтреком к голливудскому триллеру, превратилась в один из...