Семейные драмы и конфликты

Читать первую часть рассказа Ирина оказалась женщиной лет сорока, симпатичной, с добрым лицом. Но когда увидела Тамару с мужем, лицо у неё стало настороженным. — Вы Тамара? — Да. А это мой муж, Виктор. Можно, он будет с нами? — Можно. — Ирина кивнула. — Пойдёмте в кафе, здесь холодно. Устроились в небольшом кафе рядом с памятником. Заказали кофе, молчали. Тамара достала фотографию, положила на стол. — Вот. Эту нашла в семейном альбоме. Ирина взяла фотокарточку, прочитала надпись на обороте. Лицо у неё дрогнуло...

Тамара сидела на полу в маминой спальне, перебирая содержимое старого чемодана. После похорон прошло уже две недели, а она всё никак не могла заставить себя разобрать вещи. То слишком больно, то времени нет, то руки не доходят. — Тома, ты там как? — донёсся голос мужа из кухни. — Может, помочь? — Не надо, Витя, — отозвалась она. — Сама справлюсь. На самом деле хотелось побыть одной. Перебирать мамины платья, книжки, украшения — это было как последний разговор с ней. Прощание. В чемодане оказался старый семейный альбом...

— Наташ, это я, — голос отца звучал как-то официально. — Тебе нужно приехать. Поговорить надо. — Что случилось? — Наталья прижала трубку к уху. — Ты не заболел? — Нет, я в порядке. Просто... дело серьёзное. Приезжай завтра после работы. — Пап, а нельзя по телефону? У меня завтра совещание до позднего... — Нет, лично надо. — Голос стал жёстче. — Это касается квартиры. Наталья почувствовала, как что-то сжалось в груди. — Какой квартиры? — Нашей. Приезжай, всё объясню. Трубка замолчала. Наталья осталась стоять на кухне, держа телефон в руке...

— Алиночка, ты готова? — Костя заглянул на кухню, поправляя футболку. — Мама уже звонила, спрашивала, во сколько будем. — Почти. Только суп доварю и можно ехать. — А что везём? — Пирог с яблоками испекла, варенье твоё любимое, из малины. Костя подошёл, обнял её за плечи. — Молодец. Мама будет довольна. Алина кивнула, но внутри знакомо сжалось. Мария Ивановна никогда не была по-настоящему довольна. Всегда находилось что-то: то тесто не такое воздушное, то варенье переварено, то приехали не вовремя...

Света стояла у окна, разглаживая ладонью край тюля. Тот самый тюль, который покупала три года назад на рынке, выбирая между белым и кремовым. Взяла кремовый — он лучше скрывал пыль с дороги. — Светка, ты дома? — голос брата в прихожей прозвучал как-то официально. Не как раньше, когда он заходил просто поздороваться или попросить борща на вынос. — Здесь я. — Она не обернулась. Продолжала теребить занавеску, хотя та и так висела ровно. Толя прошёл в комнату, и за ним кто-то ещё. Света почувствовала это по звукам — два человека, один знакомый шаг, другой чужой, осторожный...

— Машка, открой дверь! Я же вижу, что ты дома! Я стояла в прихожей и смотрела в глазок. Лена колотила кулаком по двери, её голос срывался на визг. Соседи наверняка уже выглядывают — в нашем доме стены картонные. — Машка, ну хватит дурака валять! Открывай немедленно! Я отошла от двери. Села на табуретку, которую Лена притащила из кухни месяц назад — мол, удобнее обуваться. Всё в этой квартире напоминало о ней. Её тапочки у порога, её косметика в ванной, её кружка на кухне с надписью "Лучшая сестра в мире"...