ГОРЬКИЙ ЯД ИЗМЕН

Меня всю трясло по пути домой. Сердце бешено колотилось о рёбра, отдаваясь шумом в ушах и готовое выпрыгнуть наружу. Я не могла перестать думать о том, что только что узнала. Да и как не думать о предательстве любимого? Я шла по улице, не замечая ни лиц прохожих, ни фасады зданий и витрины бутиков. Не ощущая холода сырого, осеннего ветра. Ни твердой почвы под ногами. Ничего не видела перед собой. В голове навязчиво крутились мысли, будто тысячи острых иголок вонзались в мозг. "Не может быть", –...

— Майя?! — испуганно выкрикивает мой муж, закрывая свои причиндалы диванной подушкой. — Добрый день, — выдавливает из себя девушка, и я бросаю на неё брезгливый взгляд. Я узнаю её. — Добрый день, Шурочка, — ровным, ничего не выражающим голосом произношу я. Никогда не думала, что я смогу себя держать в такой ситуации в руках. Я просто никогда не думала, что я окажусь в такой ситуации… — Понравился тебе Стасик? Не утомила его? — с насмешкой я делаю шаг вперёд, и вижу, как она скукоживается, отступает от меня назад...

Вся сама не своя от радостного предвкушения спешу к своему мужу. Не вижу ничего вокруг. Не замечаю никого. Потому что у меня в сердце — тайное знание, которым обладаем пока только я и мой доктор. Мне кажется, что оно такое хрупкое, как хрустальный шарик, и стоит мне его произнести вслух, и оно разрушится, лопнет как мыльный пузырь. Поэтому я несу его бережно внутри себя, чтобы поскорее добраться до моего любимого мужа и вылить на него всё это счастье, которое бурлит, переполняет меня до краёв, как игристое шампанское в праздничном бокале...

— Что ты здесь делаешь? — спрашивает мой отец, который работает в этой же компании, но исполнительным директором. И всегда здесь работал, пока эту самую фирму не выкупил мой тогда ещё не-муж. Увидел меня на корпоративе и влюбился. — Да я просто хотела зайти к Захару, — неуверенно мямлю я, хотя понимаю, что я не смогу вот так просто взять сейчас и убежать. Я ведь — любимая папина принцесса. Его маленькая девочка. Которую он любит больше жизни. После моей мамы, наверное. И снова ужасная тайна врывается в моё сознание...

Внизу живота нестерпимо болит, словно меня пнули кирзовым тяжёлым сапогом. И тут я вдруг вспоминаю, зачем вообще пришла к Захара на работу посреди рабочего дня, чего никогда не делала раньше: я же только что сделала тест на беременность. И он оказался положительным. У нас будет ребёнок. Наверное, уже три или четыре недели… Я была так рада и воодушевлена, что захотела рассказать своему любимому мужу об этом лично. И теперь мои руки продолжают сжимать бархатную продолговатую коробочку, в которой лежит мой тест...

— Я знаю, что ты скучала по мне, малыш, — отчётливо слышу, как мой муж говорит кому-то другому, когда я тихо нажимаю на ручку двери его кабинета. Стоп. Я останавливаюсь, как вкопанная. Дверь бесшумно приоткрывается на небольшую щёлку, и я застываю на месте, не решаясь распахнуть её до конца. Потому что я вдруг понимаю, что я безумно боюсь. Боюсь увидеть, что же там происходит. Потому что малыш — это я! Это моё ласковое прозвище, которое мне дал Захар, мой муж. И поэтому я продолжаю стоять за дверью, потому что его слова, сказанные кому-то другому, парализовали меня, как яд курары...