промысел, которого нет

Что может быть более жизнеутверждающее, чем утренний мороз. Любой, и малый, после душного лета. И пробирающий, после метелей. Во втором случае появляется надежда поморщиться на солнце, которого летом бывает лишкá, а зимою - нет. Утверждают жизнь и осенние уютные туманы над водой. Тишина. Снег, особенно глухой, с крупными хлопьями. Дожди. И обложные, сутками. Природа, собственно, колыбель. Оттого бодрит и вдохновляет. Без исключений. Разве что невнятный период смен погод приподдостает. Утро началось тишиной и морозом...

Подзабыл, на чем строил убеждение, что «экосистема» каждой деревни уникальна. Генетика, что ли, подозревал тому виной. Как побόчку долгой варки территории в своем соку. И тесного соседства, даже экспансии населения ея в тайгу и на реку. Подзабыл и то, почему жить в деревне это постоянное усилие. Из-за «общественного сознания», что ли. Что называю общественным сознанием – ситуацию, когда на обсуждения, планы, убеждения и уговоры/ разговоры тратишь больше сил и времени чем на действия. Назовем это «бабушкиной тактикой»...

Доделывал кровлю над сенями, которые задумал вместительными. Их ранее подглядел в одной из экспедиций. Удобно же – и дровяник, и холодный склад, и мастерская, и гараж, где ловко лодочные моторы перебирать, а то и снегоход. Поутру, день на пятый, сплывали Боря с Пашей (напарником), в деревню. Тоже с кровлями закончили. А остальное меж делом доделают. Заехали чай испить, договорились через пару-тройку дней, как народ соберут, проневодить на зиму. Коротким неводом можно, при нужде, и вдвоем процедить яму – другую...

Имевшаяся на участке изба, на которую я вышел случайно, зная лишь, где она приблизительно, была мала и для жития малопригодна. Но это дело поправимое. Как проходная пойдет, как база – нет. Поскольку была вдали от водных путей, на себе в нее не наносишься. Расчехлил и собрал бензопилу («Урал», если интересно), свалил сушину, раскряжевал, запалил костер. Спустился по крутому склону к речке. От берега метнулась тень, скорее хариуса. Набрал воды в случившееся в избе чистое ведро. Поставил варить кашу кобелю...

Повторюсь, начал я это описание не для развлечения, а понимания для - как, зачем и что пошлό не так, что всё в тайге стало поперек. Поперек логики, гармонии, экономики, традиций а, местами, и эволюции. А то и предположить, что есть хорошо, в плане организации, для тайги. (Сразу соглашусь, что любое устройство было бы лучше, чем это получившееся частное ничто. Но, тем не менее, введя мега- частника в лес, никто природные механизмы не отключил. Есть урожай в природе, должны быть и способы его сбора, эксплуатации и присвоения...

За три года моего отсутствия в тайге (известной по прошлому изложению) не произошло ничего из ряда вон. И этот трехгодичный провал в записях Валеры говорил мне о том же - ничего нового. Вот и не станем трудиться восстанавливать события тех лет. Ни к чему. Помниться, Валера один раз в этом промежутке мне черкнул письмо, где писал о жизни «на пороге тайги», «собачьем беге», «собольем крае». Густо замешанное на романтике письмо. Утрачено оно. Ранее писали письма друзьям, было принято. Нынче, верно, не стали бы тратить время на то, что не приносит дохода...