В ЗАЛЕ ВОСТОЧНОЙ ЖИВОПИСИ

Кацусика Хокусай Луна, хурма и кузнечик 1807 год СУРИНОМО ОТ КАЦУСИКИ ХОКУСАЯ Вот суриномо от Хокусая: Кузнечик, ветка, луна, хурма. Кузнечик замер, хурму кусая, Хурма висит, что луна сама. Корява ветка, листов остатки, Всё это, видимо, неспроста – Плоды по осени сочны, сладки, Луна осенняя так чиста. Вопросов много, но нет ответа, Всё не случайно и всё не вдруг. Плоды земли на исходе лета – Земной очерчен, окончен круг. Кузнечик, листья, хурма и ветка На фоне бледной, большой луны… И Хокусай подмечает метко Осенний отзвук тугой струны. Струны, звенящей недавно, летом, Сводящей звуком своим с ума, Гитарным жалобным флажолетом: Кузнечик, ветка, луна, хурма…

Рё Такемаса Ночь 2014 год ПЕЙЗАЖИ РЁ ТАКЕМАСЫ Пейзажей художника Рё Такемасы Я раньше, признаюсь, не видел ни разу: Японские солнце, леса и озёра, Равнины, деревья, кустарники, горы. Пейзажи художника Рё Такемасы, Они самоценные, словно алмазы. Они атмосферны, легки, гармоничны, Весьма выразительны и лаконичны. Пейзажи художника Рё Такемасы, Однажды увидишь, забудешь не сразу. Не очень привычны, возможно, – и ладно, Но выглядят очень и очень наглядно. Пейзажи художника Рё Такемасы – Цветные картинки, приятные глазу. Три краски всего, ну, быть может, четыре – Как будто прогулка в невиданном мире. Пейзажи художника Рё Такемасы: Мосты, самолёты, дороги, террасы… Тем воздухом дышат, свободой, простором, Себя ощущает художник в котором.

Яёи Кусама Дорога в Синано 1983 год ЯЁИ КУСАМА Картины Яёи Кусамы, Чудной, экзотической дамы. Родилась она в Мацумото, И жизнь не заладилась что-то. Была её мама тираном, И девочка спятила рано, А чтоб уходить от скандала, Картинки она рисовала. В плену миражей и видений – Цветы иллюзорных растений, Кружочки и что-то другое – Она предавалась покою. Своё создавала пространство, Уют в нём, покой, постоянство, В нём мир не опасен, не сложен, Она ж – Королева горошин! Таланты Яёи Кусамы – Свидетельтва жизненной драмы, Её коллажи и скульптуры, Перфомансы голой натуры. Как будто сквозь оптики призму Видны в них черты феминизма, А также поп-арта, арт-брюта – Не очень понятно, но круто!

Марзан Шарав (Балдугийн Шарав) Один день Монголии (Дела одного дня) 1910-е годы MОНГОЛИЯ Когда ещё учился в средней школе я – Давнишние, однако, времена! – Узнал, что на востоке есть Монголия, Загадочная, древняя страна. Читали про Орду и Чингисхана мы, Про них ещё писал Василий Ян, Воображали храп коня буланого, Степную пыль да высохший бурьян. Десяток общих фактов и не более Я назову о солнечной земле, О людях и обычаях Монголии, Её просторах, юртах, ковыле. Осведомлён о собственном проколе я, Что кругозор не далее Кремля. Прости меня, далёкая Монголия, Неведомая, чудная земля!

Чжао Мэнцзянь Три друга зимы XIII век СОСНА, БАМБУК И СЛИВА (подражание китайской поэзии) Друзья заснеженной зимы - Сосна, бамбук и слива. Сосна - юна. Бамбук - упруг. А слива - терпелива. Среди снегов и холодов Зелёные на диво Сосна - юна. Бамбук - упруг. А слива - терпелива. Алеют на снегу цветы, Ярки и молчаливы. Сосна - юна. Бамбук - упруг. И слива - терпелива. Среди житейской суеты Им нет альтернативы. Сосна - юна. Бамбук - упруг. И слива - терпелива.

Марзан Шарав (Балдугийн Шарав) Один день Монголии (Дела одного дня) 1910-е годы MОНГОЛИЯ Когда ещё учился в средней школе я - Давнишние, однако, времена! - Узнал, что востоке есть Монголия, Загадочная, древняя страна. Читали про Орду и Чингисхана мы, Про них ещё писал Василий Ян, Воображали храп коня буланого, Степную пыль да высохший бурьян. Десяток общих фактов и не более Я назову о солнечной земле, О людях и обычаях Монголии, Её просторах, юртах, ковыле. Осведомлён о собственном проколе я, Что кругозор не далее Кремля. Прости меня, далёкая Монголия, Неведомая, чудная земля!