Чукотские хроники

Чукотская национальная кухня весьма экзотична и разнообразна, несмотря на то, что ингредиентов в тундре не так много. В пищу идет все, что растет, бегает, ползает, летает! Для оленеводов главное в тундре – олень! Он одевает, обувает, перевозит и главное, кормит! Причем в пищу используется все, кроме шкуры! Не только мясо, еще и кишки, кровь, мозг, панты, даже желудок со всем содержимым! Оленину чукчи предпочитали есть сырую пока от нее шел пар. Из остывшего мяса готовили сытный и полезный бульон...

Если бы нам сказали, что чукчи когда-то были величайшими воинами всех времён и народов, мы ни за чтобы не поверили, мы их достаточно хорошо знали: бесхитростные, простоватые и безобидные, совсем как в анекдотах. Скала Вебер разделяла территории двух поселков – русского и чукотского. Когда-то на нем было чукотское кладбище, но чукчи легкомысленно относились к погребению: тела помещали в небольшую выемку и закладывали камнями. Для песцов камни не были преградой, поэтому кости и даже черепа со временем оказывались на поверхности...

«В комнате висел топор. Кто-то открыл форточку и топор упал». Некоторые абсурдные на первый взгляд выражения, на второй взгляд открывают глубинные слои традиций человечества. В общем, все было, как в том анекдоте, только я открыла дверь! Ну, все по порядку. Появился в нашем классе новенький - Витя Айнофак. На чукчу не был похож, видимо другая коренная народность – коряк или эвенк. Ещё он оказался очень хорошим художником! Олени на его рисунках стрелой мчались по тундре, песец подкрадывался к добыче, а птицы грациозно кружились в летнем небе! Портреты у него тоже хорошо получались...

Вот и обжились! В самом холодном углу комнаты повесили ковер, привезенный с материка. Три кровати, один стол – вот и вся обстановка. Но главное, керогаз! Стоял этот агрегат посреди комнаты и горел синим пламенем и днем, и ночью. Так удавалось поддерживать плюсовую температуру (градусов 17). Но однажды случилось что-то с батареей, и комната стала покрываться льдом и инеем! К дому подъехала машина странного вида с трубами-шлангами торчащими в разные стороны и окутанная струйками пара. Водитель размотал одну трубу и конец ее засунул в нашу форточку...

На Чукотку мы летели из Благовещенска на папином военном самолете Ил-14. Чукотка - это был единственный пункт назначения, когда у отца спрашивали согласия. И он согласился, потому что через три года службы можно было вернуться в Европу. А нет, так и служили бы до самой демобилизации на Дальнем Востоке. В Хабаровске к нам добавилась пассажирка – доярка тетя Клава. Летели неделю, иногда сутками пережидая непогоду. Но долетели, сверху поселок выглядел не очень надежно, на узенькой галечной косе, протянулись вдоль моря несколько десятков домов...

Отто Юльевич Шмидт, мыс Северный, и мыс Шмидта на Чукотке Отто Юльевич Шмидт на мысе Шмидта никогда не был, но оказался в непосредственной близости от него. В 1934 году в Чукотском море случилась трагедия - гибель ледокольного парохода «Челюскин», а затем героическое спасение 104-х его пассажиров! Базой для спасательной экспедиции стал поселок Ванкарем в 150 км восточнее мыса Северный (впоследствии- мыс Шмидта). Туда самолетами привозили людей со льдины, а далее им надо было как-то преодолеть 250 км до поселка Уэллен, где спасенных ждали корабли...