Любовь и предательство

— Ты в зеркале свое отражение видела? Ну и всё, нечего пенять, что твой муж выбрал меня, а не такую деревенщину как ты? — Марина, мы же были подругами, как ты могла, так поступить со мной?! — Ну, извини дорогуша, но в наше время такие мужики, как твой Димка навес золота, и знаешь каждый сам в ответе за свое счастье. — Марина, что ты несешь? Он ведь мой муж, у нас ребенок! — Ириш, всё хватит, я устала слушать эти сопли, это не мои проблемы. Нужно было лучше за своим мужем смотреть. Ко мне то какие...

— Мама, как ты могла? Он ведь мой жених! — глотая слезы, прошептала Лиза — Прости дочь, но Витя выбрал меня. Ему нужна настоящая, взрослая женщина. Что я могла сделать? — Ну, например ты могла не соблазнять моего мужчину! — почти прокричала Лиза в лицо матери. — Не надо во всём винить меня, дорогая. Я не хотела тебя обидеть, но у нас с Витей случилась любовь. Что поделать… Лиза, была единственным ребенком в семье. Отца она видела очень редко, он ушел от них, когда девочке было шесть лет. Лиза, помнила сильные отцовские руки подбрасывающие ее к небу, во время прогулок в парке...

— Это Маша, моя дочь от первой жены. Теперь она будет жить с нами. — Что? Какая дочь и почему я ничего о ней не слышала никогда? — А зачем тебе было знать, к тебе это не имеет никакого отношения, — буднично ответил Андрей. — Как это не имеет, а ничего, что ты привел её в наш дом и меня даже не спросил, а взял и поставил перед фактом?! Тут девчонка, на вид лет десяти—одиннадцати, вышла из-за спины Андрея, дерзко посмотрела на Анджелу, потом перевела взгляд на Андрея и заискивающе произнесла: — Пап, можно мне поесть, я так проголодалась...

— Максим ей же тридцать два, зачем тебе она?! — с недовольной гримасой на лице спросила сына Софья Сергеевна. — Мам, ну перестань, мне ведь тоже не двадцать лет давно. Пару лет разницы, это такая ерунда. — Дикость какая-то, в мое время мужчина искал себе женщину помоложе, чтобы детей было проще рожать. Зачем тебе такая взрослая женщина? К тому же с ее «особенностями» — недовольно причитала мать. — Мам, мы с Наташей уже ведь не первый год встречаемся, ты ведь с ней давно уже знакома. Сама же говорила, что она хорошая девочка...

Слухи о произошедшем в командировке между Клавой и Артёмом, распущенные ей же и подхваченные всем офисом, кажется были известны уже всем и каждому. Похоже, что единственным кто был не в курсе оставался Артём. Спустя некоторое время эти разговоры наконец донеслись и до начальника. На Клаве это никак не отразилось. А вот Артём на себе прочувствовал, что значит быть в немилости. Начальник чихвостил его на каждом собрании, то и дело, придирался и отметал его идеи, которые раньше только нахваливал. Позволял себе разговаривать с Артёмом, в не самой вежливой форме...

Кто это ей пишет, оставляет тайные послания, она с кем-то провела вчерашний вечер, а может и ночь и поэтому не отвечала мне, когда я стучал в ее номер? Эти мысли вертелись у Артёма всё время полёта и еще долго после. Он сам не ожидал от себя, что способен испытывать такое сильное чувство ревности. Никогда прежде за собой такого не замечал. А тут, на тебе. И ни о чём другом, он просто не может думать. Он не понимал, поему Изольда так изменилась по отношению к нему, где та легкость в их общении, почему...