«ГОРОДСКИЕ КОШМАРЫ»

Я хожу по квартире, тихо. Свет не включаю — он всё равно не помогает. Он и раньше не помог. Просто создавал иллюзию. Холод снова в углах. Щели под плинтусом — будто кто-то дышит оттуда. Зеркала завешены. Телевизор выдернут из розетки. Но я всё равно вижу. Иногда в отражении ручки шкафа. Иногда — на мокром полу в ванной. Тень, чуть вытянутая. Моя тень. Или её. Мы теперь на одно лицо. Я сижу в коридоре, рядом с дверью. Обнимаю колени. Соседи не стучат. Они давно не подают признаков жизни. Возможно, их больше нет...

Я думала, если спрятаться повыше — он не дотянется. На чердаке темно, но темнота там — обычная. Человеческая. Запах старого дерева, кошачья шерсть, какие-то доски, заваленные тряпьём. Я сидела, прижавшись спиной к стене, и пыталась дышать тихо. Но он не сзади. Он сверху. Я слышала, как шагал по потолку. Хоть выше чердака — только крыша. Каждый шаг был долгий, как капля воды в ночи. Скрип доски. Пауза. Ещё один. И я чувствовала — он знает, где я. Он не спешил. Он изучал. Когда шаги замерли, я выскочила вниз...

Я живу в доме, в котором никто не здоровается. Ты идёшь по подъезду, видишь соседей — и каждый будто чуть отступает назад, как зверь, у которого отняли обоняние. Здесь не смотрят в глаза. Не разговаривают. Даже дети, те, что остались, бегают как-то бесшумно, будто боятся потревожить стены. Дом старый. Пятиэтажка из семидесятых. На окраине. Облупленный фасад, запах краски, плесени и кошачьего корма. В подъезде давно не горит свет. На дверях — железные шторки, как на гробах. Почтовые ящики все заклеены скотчем...

Коммуналка на Ярославском шоссе. Потолки облезлые, обои в цветочек, дом из тех, что скрипит даже когда ветер не дует. Мне досталась комната с крохотной ванной, которую явно делали задним числом: кто-то просто забил часть кухни фанерой и воткнул туда унитаз и старую эмалированную ванну. Я туда заехал наспех. Друг погиб — сгорел в машине. Оставил немного денег, я решил: надо сменить обстановку. Смерть, жара, гарь в воздухе — всё в башке стояло как смрадный пар. А тут — дешёвая комната, ещё и мебель какая-никакая...

Я снял квартиру на последнем этаже обычной девятиэтажки. Район — спальный, серый. Дом как дом. Подъезд с запахом варёной капусты, старые почтовые ящики, облупленные стены. Мне нравилась эта простота. Хотел тишины. Первую неделю я почти никого не встречал. Только однажды, поздно вечером, поднимаясь по лестнице (лифт сломался), я заметил, что в квартире напротив моей окна всегда открыты настежь. Даже ночью. И в окне — фигура. Человек. Сидит за столом у подоконника. Ровно. Не двигается. Я подумал — пенсионер, может, или инвалид...