Я у себя одна. Любимая.

Я всё чаще замечаю странную вещь: взрослые мужчины и женщины, говоря о любви, семье и свободе, на самом деле в душе имеют в виду совсем другое. И ищут не страсть, не статус и не правильный сценарий жизни. Они ищут место, где можно просто быть самими собой. Скажу вещь, которая многим не понравится: после 35-38 лет вопрос уже стоит не в том, чтобы быть с кем-то или одной, а в том, что именно вы называете счастьем. Женщина может годами говорить, что ей и одной хорошо, но на самом деле просто бояится снова ошибиться...

Для меня самая страшная усталость — не та, после которой падаешь в кровать, а та, после которой просто сидишь на кухне и смотришь в одну точку. Вроде бы всё на месте: семья, дом, дела, жизнь идёт. Только почему-то ощущение такое, будто всё это держится на тебе одной, и уже давно не по твоей воле. Я долго думала, что это и есть нормальная семейная жизнь. Ну а как иначе? Кто-то же должен помнить про врачей, про школу, про оплату, про продукты, про то, что у ребёнка завтра праздник, а у мужа снова «сложный день»...

Без скандала, без объяснений и без точки ... НУ ПОЧЕМУ??? Самое мерзкое в мужском уходе без объяснений — даже не то, что тебя оставили, а то, как это сделали. Без разговора, без честного «я больше не могу», без нормальной точки, на которую можно опереться, чтобы хоть как-то пережить случившееся. Он просто уехал «по делам» и не вернулся, а ты осталась с телефоном в руке, с миллионом вопросов и с очень неприятным ощущением, что тебя не бросили — тебя будто стёрли из собственной истории. Я тогда ещё не сразу поняла, что именно произошло...

После того как мы с Лизой съехались и стали жить вместе, я был уверен: ну всё, начнётся нормальная жизнь. Тепло, ужины, ощущение «мы вместе». Без этой пустоты по вечерам, без одиночества. И это правда случилось. Но вместе с этим пришло что-то ещё, к чему я вообще не был готов… Ну, например, когда она заходит в комнату… иногда мне хочется, чтобы она вышла. И вот это уже пугает. Потому что в голове сразу: «Это что, всё? Началось? Мы сломались?». Я не понимал, что происходит, и боялся, что если скажу об этом вслух, то обижу человека, которого люблю...

В какой-то момент наша жизнь незаметно сузилась до одного человека. Не резко, не в один день — просто сначала добавились таблетки «по часам», потом — отдельная еда, потом — тревога: а вдруг станет хуже. И вдруг оказалось, что весь день строится вокруг этого. Когда поела, как спала, не поднялось ли давление, не нужно ли снова вызывать врача. Мы забрали к себе свекровь. Не просто пожилой человек, которому «иногда нужна помощь», а человек, который уже не может жить самостоятельно — ни физически, ни частично когнитивно...

Вчера вечером вы поругались из-за какой-то мелочи, которая стала последней каплей. Просто устали оба, и вдруг вылетела та самая фраза. Та, которую не планировали. Партнёр замолчал, отвернулся, в комнате стало холодно. Вы сами почувствовали, что сказали лишнее, но слова уже в воздухе. На следующий день пытаетесь вести себя как обычно: завариваете кофе, спрашиваете про дела. Но между вами теперь что-то другое. Партнёр отвечает коротко, улыбается натянуто, будто стал чужим. Внутри у вас стыд, злость на себя и страх, что эта фраза теперь навсегда останется между вами...