Закрытые миры без иллюзий

Полмиллиона человек, своя армия, свои деньги. И ни одного государства, которое это признаёт. 1 января 2025 года в Приднестровье выключили газ. В квартирах — плюс девять. Школы закрыты. Промышленность встала. На улицах Тирасполя — очереди за дровами и углём. Люди звонили в коммунальные службы, коммунальные службы не отвечали — им нечего было сказать. Молдова предложила помочь. Тирасполь отказался: принимать помощь от страны, которую не признаёшь своим государством, политически невозможно. Россия прислала газ через месяц...

Норвежский посёлок за полярным кругом с законами, которых нет больше нигде на Земле. В 1950 году на Свальбарде решили вскрыть несколько старых могил. Тела пролежали в мёрзлом грунте больше тридцати лет — и не разложились. Внутри нашли живой вирус испанского гриппа. Того самого, который в 1918 году убил от 50 до 100 миллионов человек по всему миру. После этого на архипелаге перестали хоронить. Совсем. Навсегда. Сейчас 2025 год. Здесь живут около 2 500 человек. Работают магазины, есть школа и университетский центр, ходит единственный на всём острове автобус...

Раннее утро на самом краю Европы. Ветер бьёт в лицо, волны размером с пятиэтажный дом разбиваются о скалы. Капитан лососевых ферм Йон Йохансен пьёт кофе из термоса и смотрит на место, где ещё вчера были его сети. Ему сорок семь. Борода до пояса. Пятнадцать человек в команде. Ночной ураган разорвал ограждения, и две тысячи тонн атлантического лосося ушли на дно Атлантики. Убыток — два миллиона евро. «Это наша жизнь,» — говорит Йон спокойно. Он знает: завтра будет новая партия рыбы. Послезавтра лосось снова пойдёт на экспорт в Bakkafrost — главную компанию островов с выручкой 1,2 миллиарда евро...

В мире, где страны меряются ВВП, биржевыми индексами и темпами роста, есть одна, которая официально измеряет счастье. Не как метафору. Не как философию. А как конкретный показатель с методологией, анкетами и годовыми отчётами. Бутан. Королевство в Гималаях. 800 тысяч человек. И формула: Gross National Happiness вместо Gross National Product. Это звучит как утопия. Как сказка для уставших от капитализма. Как то, о чём все мечтают, но никто не решается. Но что происходит в стране, которая поставила счастье впереди экономики? Документалки BBC восхищаются...

Есть одна история, которую я не могу выбросить из головы с тех пор, как впервые на неё наткнулся. Где-то в 1980-х на крошечном острове посреди Тихого океана — настолько маленьком, что его с трудом находят на карте — люди жили богаче, чем в Саудовской Аравии. Богаче, чем в Кувейте. Богаче, чем в Швейцарии. Это не преувеличение — по ВВП на душу населения этот островок реально обгонял всех. А потом, буквально через поколение, это же государство не смогло заплатить за электричество. Не в переносном смысле — в буквальном...