Лучшее

Валентина Ивановна всю жизнь ценила тишину. Шестьдесят восемь лет прожила без лишнего шума, без суеты, без болтовни. Телевизор включала раз в неделю — новости посмотреть. Радио не слушала принципиально. С соседями здоровалась коротко: кивнула — и мимо. А тут племянница Лариска приехала из Сочи, притащила клетку с попугаем. — Тётя Валя, ну возьмите Кешу! Мы в Испанию переезжаем, его не пустят через границу. Он умный, разговорчивый, вам веселее будет! — Мне и так весело, — буркнула Валентина Ивановна, глядя на ярко-зелёную птицу с подозрением...

Они вышли в ночь. Облака разошлись, и теперь звезды горели ярко, холодно. Озеро лежало перед ними черным зеркалом, отражающим небо. Долгое время они шли молча. Потом Мила остановилась. — Я не хочу этого, — сказала она. — Я не хочу, чтобы ты умирал. Лучше я сама... лучше я уйду в озеро прямо сейчас. Покончу с этим до полнолуния. Тогда проклятие умрет вместе со мной, и ты будешь жив. Это заключительная часть рассказа. Первую часть читайте тут: https://dzen.ru/a/aYi5VWWXVS-KhbKo Вторую часть читайте тут: https://dzen...

Максим не спал весь день. Он лежал на кровати, глядя в потолок, и в голове снова и снова звучала та мелодия. Он пытался записать ее полностью, но каждый раз что-то ускользало — какой-то обертон, какая-то интонация, которую невозможно было передать нотами. Это было похоже на попытку поймать воду руками. К вечеру он больше не мог сидеть в доме. Максим вышел на берег еще до заката. Озеро встретило его той же мертвой гладью, но сейчас, в лучах заходящего солнца, вода казалась не черной, а темно-синей, почти фиолетовой...

Максим выключил двигатель старенькой «Нивы» и несколько секунд просто сидел, глядя на деревянный дом. Серые бревна, покосившееся крыльцо, заросший бурьяном двор — именно то, что нужно. Никаких соседей в пределах километра, никаких звуков цивилизации. Только лес, озеро и тишина. «Тишина, в которой ты наконец услышишь музыку», — сказал ему полгода назад продюсер Игорь, когда Максим в очередной раз принес ему демо-запись. Игорь даже не стал слушать до конца. «Это мертвечина, Макс. Технически правильно, но без души...

Щенок сидел у обочины третий день. Маленький, рыжий, с висячими ушами и грязными лапами. Он не отходил от этого места ни на шаг. Только иногда вставал, делал несколько шагов к дороге, принюхивался и возвращался обратно. Садился и снова ждал. Люди проходили мимо. Кто-то бросал быстрый взгляд, кто-то вообще не замечал. Одна женщина остановилась, достала из сумки булку, бросила щенку. Он понюхал, но есть не стал. Женщина пожала плечами и пошла дальше. Щенок ждал маму. Он не понимал, что её больше нет...

Егор захлопнул дверь машины и замер, вглядываясь в серое небо над деревней. Тучи наползали с востока, тяжёлые и низкие, обещая затяжной дождь. Он достал из багажника потёртый рюкзак и сумку с продуктами — всё, что взял с собой из Москвы. Больше ничего не нужно. Точнее, ничего больше не осталось. Дедовская дача встретила его запахом сырости и старого дерева. Пыль лежала на подоконниках толстым слоем — никто не приезжал сюда с прошлого лета, с похорон деда. Егор прошёл в единственную комнату, бросил вещи на продавленный диван и подошёл к окну...