Самое интересное

Знаете, есть люди, которые притягивают к себе беды, как магнит железо. Не потому, что они плохие — нет, совсем наоборот. В них слишком много жизни, слишком много желания чувствовать себя живым. Моя подруга Виктория была именно такой. Познакомились мы в университете, на первом курсе. Она сидела в первом ряду, записывала каждое слово преподавателя, а я — где-то в середине, мечтал о перемене. После пары она обернулась: — Ты что там до сих пор рисуешь? План побега с пар? Вот так и началась наша дружба...

Я помнил каждую копейку. Двадцать восемь лет, и я держал в руках ключи от собственной квартиры — сорок два квадрата на седьмом этаже панельной девятиэтажки. Не элитка, конечно. Но моя. Четыре года подработок после основной работы. Фриланс до ночи, потом в офис к девяти. Завтраки пропускал — экономил. Отпуск не брал — копил. Друзья звали в клубы, на дачи, в отпуска — отказывался. «Михаил опять за компом сидит», — посмеивались они. А я считал. Каждый месяц откладывал точную сумму. Таблица в Excel — доходы, расходы, остаток...

Я перебирала посуду в серванте, когда услышала топот на лестнице. Дима и Серёжа поднимались — громко, возбуждённо переговариваясь. Но в голосах была какая-то растерянность. — Мам! — крикнул Дима, влетая в квартиру. — А где наши велики? Я остановилась, держа в руках последнюю тарелку. Серёжа замер в дверях — лицо перекошено от обиды. — Какие велосипеды? — не поняла я. — Наши! — Дима рванул к балкону, где мы всегда ставили их на ночь. — Они исчезли! Живот свело от нехорошего предчувствия. Я пошла следом...

— Ну что, поехали ко мне? — бросил Максим, хватая меня за руку возле кафе. — Ты же понимаешь, я потратил на тебя весь вечер! Я отдёрнула руку и посмотрела на него. Час назад он казался приятным мужчиной. А сейчас стоял передо мной с наглым выражением лица, будто я была должна ему что-то за ужин и разговоры. — Извини, но я иду домой, — сказала я. — Да ты что! — возмутился он. — Я же не просто так время тратил! Думал, ты адекватная женщина! Вот тогда я поняла: сколько лет я ходила на свидания неправильно...

Звонок нотариуса пришёл прямо в офис. Я как раз разбирала почту начальника — счета, договоры, обычная рутина. Незнакомый номер. — Анастасия Владимировна? — мужской голос, официальный. — Евгений Николаевич, нотариус. По поводу наследства Беловой Елены Михайловны. Бабуля... Телефон выскользнул. Подхватила на лету. — Какого наследства? — спрашиваю тихо. Коллеги рядом, все уши торчком. — Ваша бабушка указала вас единственной наследницей жилого дома в деревне Ракитово. Вам нужно подъехать для оформления документов...

Опять живот скрутило. Как клещами схватило — и не отпускает. Сижу на табуретке, согнувшись пополам. Часы на плите показывают половину третьего. Роман с Яной спят — слышно, как сын посапывает за стенкой. А я вот мучаюсь. — Это возраст, — бормочу себе под нос. — Печёнка шалит. Ставлю чайник. Жёлтая лампочка над столом гудит противно — надо бы поменять, да руки не доходят. В такие моменты особенно остро чувствуешь, что одна. Муж бы встал, чаю заварил, по спине погладил... — Мамочка, что случилось? Поворачиваюсь...