Голос изнутри

Меня зовут Даниэль Лазарски. Я Наблюдатель. Когда человек не может вспомнить или не хочет вспоминать, вызывают меня. Я подключаюсь к его импланту и захожу внутрь. Смотрю то, что он видел. Чувствую то, что он чувствовал. Достаю оттуда то, что нужно следствию. Меня боятся и ненавидят. Справедливо. Никаких границ у моей работы нет, потому что закон их не предусмотрел. Год две тысячи восемьдесят четвёртый, Краков. И сегодня мне позвонил сын, которого я не видел годами. Сначала пришёл Нанофаг, цифровая чума, выкосившая всех, кто вживил себе технику...

Двенадцать мисок у костра. Утром было четырнадцать. Я капитан наёмной роты. Не рыцарь и не избранный судьбой герой. Человек, который каждое утро считает, хватит ли монет заплатить своим людям, и каждый вечер считает, сколько их вернулось. Сегодня недосчитался двоих. Хеннинг, бывший крысолов, заикался так, что над ним посмеивались первые недели. Он держал левый фланг четыре месяца и ни разу не побежал. И Освальд, спившийся дворянин, лишённый наследства собственной семьёй. Пришёл ко мне пьяным, ушёл трезвым и с копьём в руках...

Меня зовут Элстер. Я реплика, синтетическая кукла в облике женщины, собранная, чтобы служить. Таких, как я, штампуют тысячами: рабочие, солдаты, компаньоны. У нас нет права на своё. Ни на мысли, ни на прошлое, ни на любовь. Мы инструменты государства, и память нам положена только та, что нужна для работы. Но я помню её. Ариану. Женщину, которую по всем правилам я не должна помнить вовсе. И это воспоминание ведёт меня через мёртвый комплекс, через кошмар, через сам распад реальности. Я иду искать ту, кого мне помнить запрещено...

Новички смотрят. Я слушаю. Они идут через Зону, глядя под ноги, выискивая блеск аномалии или дрожь воздуха. И гибнут. Потому что к тому моменту, когда Вихрь видно глазами, уже поздно. Зона не показывает свою смерть. Она её нашёптывает. И выживает тот, кто научился разбирать этот шёпот раньше, чем он превратится в последний звук в жизни. Меня зовут по-разному. Неважно как. Важно, что я всё ещё дышу, а те, кто пришёл в Зону со мной, давно стали частью здешней тишины. Разница между нами была одна. Я слушал...