Хроники Бездны: Тайны разведки 1939–1941

Представьте себе Москву 20–21 июня 1941 года. Город живет обычной жизнью. Выпускники гуляют по набережным, в парках играет музыка, люди планируют воскресные пикники. В Кремле горит свет. Но там царит не спокойствие, а тяжелая, вязкая атмосфера неопределенности. Сталин все еще надеется. Надеется, что Гитлер блефует. Что это давление. Что сейчас придет немецкий посол и предъявит ультиматум, с которым можно будет работать. Но в это же время в кабинеты разведки поступают шифровки, от которых стынет кровь...

Весной 1941 года в кабинетах Кремля все еще спорили: блефует Гитлер или нет? Дипломаты писали длинные аналитические записки, гадали на кофейной гуще геополитики и искали скрытые смыслы в речах фюрера. Но была другая категория людей, у которых не было сомнений. Это агенты «в поле». Те, кто сидел в кустах у шоссе Брест-Варшава, кто работал сцепщиками на польских станциях и кто пил пиво в барах Хельсинки рядом с немецкими солдатами. Им не нужна была высокая политика. Они видели факты. Железобетонные, пахнущие соляркой и смазкой факты...

10 мая 1941 года. До начала Великой Отечественной войны остается 43 дня. В Европе происходит событие, которое по своей абсурдности и значимости затмевает даже сводки с фронтов. Заместитель фюрера по партии, второй человек в Рейхе после Гитлера (и преемник после Геринга), Рудольф Гесс садится в истребитель-бомбардировщик и в одиночку летит через Ла-Манш в Шотландию. Он прыгает с парашютом, ломает лодыжку и сдается британцам, требуя встречи с герцогом Гамильтоном. Официальный Берлин тут же объявляет его сумасшедшим...

Мы привыкли думать о Великой Отечественной войне как о битве идеологий. Фашизм против Коммунизма. Свастика против Звезды. Но когда открываешь экономические досье советской разведки за 1940–1941 годы, вся эта идеологическая шелуха слетает. Остается голая, циничная бухгалтерия грабежа. Гитлеру не просто «не нравились большевики». Гитлеру было нечего есть. И нечем заправлять свои танки. Я изучил огромный пласт донесений легендарной «Красной капеллы» — агентов «Корсиканца» (Арвид Харнак) и «Старшины» (Харро Шульце-Бойзен), работавших в самом сердце нацистского Берлина...

Мы продолжаем серию расследований, основанных на документах, которые десятилетиями хранились под грифом "Совершенно секретно". На этот проект уходит много сил и времени, поэтому нам очень важна ваша отдача. Пожалуйста, подпишитесь на канал — так вы не потеряете доступ к эксклюзивным материалам. (которых на канале уже очень много). Когда мы говорим о начале Великой Отечественной войны, мы обычно представляем себе вермахт: немецкая речь, серые мундиры, железные кресты. Но советская разведка знала, что враг говорит не только по-немецки...

Представьте себе кошмар любого генштабиста: война на два фронта. На западе на вас прет лучшая армия Европы (Вермахт), а на востоке в спину бьет миллионная Квантунская армия самураев. В 1941 году СССР стоял в одном шаге от этого сценария. Но этого не случилось. Почему? Обычно говорят: «Зорге сообщил, что Япония не нападет». Но документы, которые я держу в руках, показывают гораздо более сложную и циничную игру. Сталин не просто ждал информации — он лично перевербовал японскую элиту, сыграв на их тщеславии и страхе перед США...