Письмо

Марина написала так, будто оправдывалась перед кем-то невидимым. Муж трезвый. Насколько ей известно, верный. Пятнадцать лет он говорит с ней ровным голосом. Она хотела, чтобы это было ясно с первой строки, потому что дальше речь пойдет не про него. Дальше - обычный вторник, ужин, ничего не произошло. Она поймала себя на мысли: если бы завтра он исчез из ее жизни, из всего вокруг она с трудом нашла бы одну вещь, которая осталась бы только ее. Счет в банке общий, карта на его имя, ее зарплата с частичной занятости туда же и складывается...

Она написала про цифру: тридцать восемь тысяч в месяц, сумма, которой должно хватить, если он все-таки уйдет. Аренда однушки на окраине, детский сад, остатки прежней профессии после восьми лет без работы. Эту цифру она посчитала в блокноте задолго до повода считать, на всякий случай, между списком покупок и записью к врачу. Дальше в письме: восемь лет декрета, потом еще один, потом «уже поздно возвращаться в профессию», потом привычка. Муж не запрещал работать. Просто в какой-то момент оказалось дешевле, чтобы она не работала: садик дорогой, а ее будущая зарплата примерно равна садику...

«Алла, 46 лет: Я месяц переписывалась с мужчиной, прежде чем согласиться на встречу. Выбирала платье три вечера подряд, как будто мне двадцать пять. А на прошлой неделе купила новое пальто - привезла, надела, покрутилась перед зеркалом, довольная, и ни секунды неловкости. А тут стою перед тем же зеркалом в чужом платье и не могу поднять глаза на свое отражение. Уже сидя в кафе, поймала себя на мысли: что я тут делаю. У меня взрослый сын, ипотека, работа, к которой я шла пятнадцать лет. На работе...

Сообщение пришло в среду, в половине одиннадцатого. «Привет. Как ты?» Она смотрела на экран секунд десять. Убрала телефон. Пошла ставить чайник. Вернулась. Снова посмотрела. Написала: «Нормально». Отправила. И подумала: интересно, что с этим теперь делать. Она ждала этого два года. Не каждый день, но всегда. Ждала, пока мыла посуду. Ждала в пробке. Ждала в три часа ночи, когда не спалось и телефон лежал экраном вверх. Она прокручивала разговор, которого не было: он пишет, она отвечает, говорит что-то точное и не злое, он понимает, что потерял...

«Мы с мужем вместе одиннадцать лет. Хороший человек, не пьет, не изменяет, работает. Но когда я говорю о чем-то важном для меня, он смотрит в телефон. Или отвечает "угу". Или вообще молчит. Я начинаю говорить громче, он встает и уходит в другую комнату. А потом говорит, что я "опять завожусь". Я правда уже не понимаю: это он такой, или я с каждым годом становлюсь все более невыносимой?» Марина, 43 года Вопрос в конце письма. Самый честный из всех возможных. Не «что мне с этим делать» и не «как его изменить»...