Эпистолярное наследие

Санкт-Петербург, 21-го декабря 1796 г. Господин генерал-лейтенант и екатеринославский военный губернатор Бердяев. "При нынешнем отправлении вашем к месту, вам вверенному, нужным почитаем предписать вам, чтоб все нижние военные чины, которые по прежним злоупотреблениям найдутся у кого-либо по домам, дачам и деревням в разных "партикулярных услугах и употреблениях", наискорее возращены были к их полкам и командам, и чтоб впредь, отнюдь никто, не осмеливался людей военных употреблять в свои услуги и работы, зачем вы, по званию своему, наблюдать не оставьте...

Париж, 3 апреля 1814 г. Я все еще нахожусь в ожидании, дорогая и добрая матушка, моих братьев и ваших дорогих писем. Как мне ни тягостно быть лишенным их, но утешением служит мне, по крайней мере, сознание, что ни одно из них не попало в руки неприятеля. Здесь все преисполнены величайшей радостью, которая еще увеличилась с приездом графа д’Артуа. Все счастливы, что освободились от жестокого ига Наполеона, и в то же время радуются окончанию войны. Все вздохнули свободно и как бы возродились, словом, едва решаются верить всему случившемуся, и оно кажется скорее прекрасным сном...

18 сентября 1812 г. (отступление после Бородина) Вот вам, дорогой друг, мой обстоятельный ответ, который я должен вам дать. Нечему дивиться, когда на человека, настигнутого несчастьем, нападают и его терзают. Я никогда не обманывался на этот счет и знал, что со мною поступят так же, чуть судьба перестанет мне благоприятствовать. Мне суждено, быть может, лишиться даже друзей, на которых больше всего я рассчитывал. Все это, к несчастью, в порядке вещей в здешнем мире! Мне всегда претило, а особенно...

19 (7) февраля 1818 г., Москва, четверг (с сохраненной орфографией) Мне очень неприятно, что я не могу видеть вас, как обыкновенно, но живописец приедит сегодня ко мне, потому что вчера был (несогласие) недоразумение. Басни, Лудмила, Рыцарь Тоггенбург, должен имети терпение даже завтра. Вы смеять ли на эту записочку? Я позволю и прошу вам (вас), мне сказали завтра, как многие пороки я сделала. Александра. На обороте: "Господином Жуковском". Мне очень неприятно, что я не могу видеть вас, как обыкновенно...

(перевод с французского) Граф, я была очень тронута тем, что, среди важных трудов, которые наполняют всё ваше время, вы захотели сами сообщить мне о них. Рассказ о непрерывном ряде ваших побед и о мудрых мерах способствовавших этим победам, доставил мне живейший интерес, и нечего говорить о том, с каким чувством удовлетворения слышу, что вас по справедливости называют Спасителем Петербурга и соседних губерний, которые вы предохранили вашей осторожностью, вашим мужеством и доблестью храброго войска, которым вы командуете...

Петербург, 8 (20) декабря 1820 г. Дорогая матушка, не зная, что сообщить вам нового, расскажу о своём чтении, которое меня очень занимает. Это рукопись дневника секретаря (здесь Александр Васильевич Храповицкий (спасибо Наталья Кудрякова)) императрицы Екатерины, пользовавшегося её милостями: в нём он день за днем отмечает всё, что делал по её приказанию, всё что слышал и что происходило более примечательного. Дневник очень краток, вроде дневника маркиза Данжо, с тою разницей, что касается более занимательных предметов...