Трогательное

Валентина сидела на краю ванны и смотрела на тест на беременность. Две яркие малиновые полоски проступили на нём чётко, не оставляя сомнений. Ей было сорок два года. И её жизнь, которую она с таким трудом собирала по кусочкам последние несколько лет, рушилась. У Вали было трое детей от первого брака, но сейчас дома она была одна. Старший, Матвей, уехал в областной центр в институт, а младшие двойняшки, Даша и Тёма, сидели на уроках в школе. Валя положила тест на край раковины. Обхватила плечи руками, сдаваясь нахлынувшей тревоге...

Прасковье Ильиничне исполнилось сто лет. И ни осталось больше ни одного человека на земле, который бы помнил, когда у неё день рожденья. Последняя подруга, с которой они когда-то вместе работали, ушла из жизни семь лет назад. Обожаемый муж — еще раньше, гораздо раньше, почти тридцать лет назад. А единственная дочь давно переехала на другой конец страны, да так там и осталась. Жива ли еще? Пенсию приносила почтальон. Продукты покупала соцработница Марина. А сама Прасковья Ильинична выходила из дома всё реже...

Лариса в десятый раз посмотрела на часы и вздохнула. За окном монотонно, без передышки, лил осенний дождь. Вода стекала по стеклу кривыми дорожками. На плите остывал эмалированный чайник. В коридоре щелкнул замок. Хлопнула тяжелая входная дверь. Раздались быстрые, цокающие шаги. Пространство маленькой двухкомнатной квартиры мгновенно заполнилось запахом резких, дорогих духов с нотками пачули. Наташа появилась на пороге кухни. — Привет, Лорка. Прости, что задержалась, — бросила она, взглянув мельком на старшую сестру...