Когда деревья были большие

Проснулась Оля от тихого стука в дверь. Открыв глаза, она первым делом увидела бабу Шуру, которая сидела в кресле с вязанием в руках. Красивый белоснежный пуховый платок был уже почти готов. Посмотрев на дверь, малышка увидела маму: та тихонько приоткрыла дверь и замерла на пороге, будто боялась спугнуть сон. — Олюшка, выспалась, девочка моя? Пошли скорее домой. Девочка испуганно вжалась в спинку дивана и замотала головой. Возвращаться в их комнату было невыносимо страшно. Мама ласково принялась её успокаивать: — Не бойся, папы дома нет...

— Просыпайся, девочка моя… Олюшка… Солнышко моё, открывай глазки, а то проспишь всё на свете. Пошли, покажу, что там у нас интересное есть. Потирая сонные глаза, Оля увидела маму: та сидела рядом на кровати и ласково гладила её по голове. Девочка села и крепко обняла мамочку, уткнувшись носом в тёплый рукав. Выйдя из комнаты, малышка так и ахнула: на лавке, на табуретках и даже прямо на полу стояли тазы, вёдра и корзинки, доверху наполненные самыми разными грибами. Пока Оля спала, взрослые успели сходить в лес и даже рассортировать весь улов...

Дворик у бабы Кати был чистый и ухоженный. Его не портила даже слегка покосившаяся старая завалинка и совсем вросшая в землю деревянная лавочка перед ней. Рядом высилась ровная, аккуратная поленница свеженаколотых дров. Лопаты и грабли были послушно прислонены к бревенчатой стене избы, а сразу за ними стояла огромная собачья будка. На цепи у будки сидела большая мохнатая собака неизвестной породы. Увидев во дворе долгожданных гостей, Найда радостно завиляла хвостом и принялась нетерпеливо пританцовывать на одном месте...

Лес тянулся бесконечно, но страх перед отцом заставлял ребёнка забыть про любую усталость. Девочка молча ехала на жёсткой раме маминого велосипеда, вцепившись пальчиками в руль, и боялась издать хоть звук. Узкая натоптанная тропинка вилась по самой границе двух совершенно разных миров: слева глухой стеной стоял тёмный лес с огромными деревьями-великанами, а справа расстилалось бескрайнее, залитое солнцем золотое поле. Кажется, там зрела рожь или пшеница — среди колосьев то и дело мелькали синие звёздочки диких васильков и крупные белые ромашки, а над травой лениво порхали яркие летние бабочки...

— Мамочка, у меня ножки болят, ну возьми меня на ручки! — девочка лет трёх, в лёгком цветастом платьице, одной рукой крепко держала за подол маму, везущую велосипед. Кулачком второй руки малышка вытирала слёзки, капавшие с длинных ресничек. — Нет!!! — грозный окрик отца заставил девочку испуганно вжать голову в плечи. — Давай я её хоть на велосипед посажу... — женщина робко посмотрела на мужа. — Я сказал — нет! Пусть приучается ходить пешком!!! — мужчина резко размахнулся, и его тяжёлый кулак полетел прямо в лицо молодой мамочки, остановившись в каких-то миллиметрах...