Выстрел в тишине

Кабинет директора «Северной Звезды», Семёна Петровича, был тихой заводью в бурном потоке школы. Здесь пахло старыми книгами, сургучом и увяданием. Сюда, после того как хаос в столовой был подавлен его властным появлением, были вызваны главные действующие лица драмы: Антон, Женя и Маша. Антон стоял у окна, глядя на улицу с видом оскорблённого аристократа. Маша сидела на краешке стула, бледная, но спокойная. Женя стоял у двери, его тело всё ещё было напряжено, как сжатая пружина. «Я выслушал всех, — голос директора был тихим и скрипучим, как несмазанная дверь...

Обычный ужин в столовой «Северной Звезды» подходил к концу. Воздух был наполнен привычным гулом: звоном ложек о тарелки, приглушёнными разговорами, скрипом отодвигаемых стульев. Женя, как всегда, сидел за своим одиноким столиком в углу, механически доедая остывшую кашу. Он почти не чувствовал её вкуса. Последние несколько дней он почти ничего не чувствовал, кроме глухой, ноющей тревоги, которая поселилась в груди после того, как Антон обнаружил их с Машей тайное убежище. Он знал, что это лишь затишье перед бурей, и каждый спокойный час казался ему украденным...

Воздух в коридорах «Северной Звезды» после прямого столкновения Жени с Антоном изменился. Он загустел, стал тяжёлым, как перед грозой. Исчезли даже показные насмешки и шепотки. Теперь в спину Жене летело нечто иное — молчаливая, концентрированная ненависть. Каждый член «Совета» и их прихлебатели смотрели на него с плохо скрываемой злобой. Он не просто бросил вызов их главарю; он нарушил священный закон их мира, показав, что можно не бояться. И за это он должен был заплатить. Женя чувствовал это каждой клеткой...

Прошла неделя с тех пор, как Женя стал призраком в стенах «Северной Звезды». Неделя вязкой, удушающей тишины, ставшей ответом на его дерзость в столовой. Он научился двигаться в этом вакууме, не замечая презрительных взглядов и показательного игнорирования. Но он понимал, что это лишь затишье. Система, которую он отказался принять, не могла долго терпеть в своих рядах чужеродный, непокорный элемент. Антон, её верховный жрец, должен был либо сломить его, либо уничтожить. Развязка этой тихой стадии противостояния наступила однажды вечером...

Первое утро в «Северной Звезде» началось не со звонка, а с холода. Пронизывающий, въедливый холод, который, казалось, исходил от самих каменных стен, пробирался под тонкое, колючее одеяло и заставлял тело сжиматься. Женя открыл глаза и несколько секунд смотрел в высокий, почти церковный потолок с осыпающейся по углам лепниной. Воздух в огромной спальне, где в ровных рядах стояло двадцать кроватей, был спёртым и пах мылом, пылью и едва уловимым, постоянным страхом. Не было привычного шума города за...

Тишина в их маленькой квартире на первом этаже была особенной. Не умиротворяющей, а физически ощутимой, давящей, как толща воды. Она пахла вчерашним супом, въевшимся в обои табачным дымом и глухим, материнским страхом. Женя научился измерять её плотность, чувствовать её кожей. Под столом, положив тяжёлую, мускулистую голову на стоптанный ботинок Жени, тихо и прерывисто дышал Вольт — угольно-чёрный доберман, единственное существо в этом мире, чей взгляд не нёс в себе угрозы или осуждения. В его карих,...