Дела семейные

— Мама выбрала браслет, — сказал Егор. — Я ей уже сказал, что оплатим с твоей карты, там кэшбэк хороший. Ника перестала резать овощи. — Что значит «с моей карты»? — Ну у тебя лимит больше. Я потом переведу. — Сколько стоит браслет? Егор назвал сумму. Ника медленно положила нож. Почти семьдесят тысяч. Свекрови исполнялось шестьдесят. Ника не была против хорошего подарка. Они заранее договорились с мужем скинуться по пятнадцать тысяч и вместе выбрать что-нибудь достойное. Но Галина Петровна прислала сыну ссылку на дорогой ювелирный браслет и написала: «Вот это я бы носила»...

Светлана написала в семейный чат коротко: «Мы с девочками с июня на даче у Иры. В городе детям жарко». Ирина Павловна перечитала сообщение дважды. «Дача у Иры» действительно была её дачей. Только никакого разговора про всё лето не было. Светлана приходилась ей золовкой, младшей сестрой покойного мужа. После смерти Сергея они продолжали общаться, и Ирина даже радовалась этому. Светлана приезжала на праздники, помогала ухаживать за могилой брата, иногда звонила просто так. Но чем ближе становились отношения, тем увереннее золовка распоряжалась тем, что принадлежало Ирине...

— Только не злись сразу, — сказал Андрей. Марта медленно подняла глаза. Эта фраза за двенадцать лет брака ни разу не предшествовала хорошей новости. — Что случилось? — Я снял часть денег с твоего вклада. Она не сразу поняла. — С какого вклада? — С того, где ты копила на машину. — Сколько? — Четыреста тысяч. Марта поставила чашку на стол. — Зачем? Андрей сел напротив. — У мамы просрочка по кредиту. Банк уже звонит. Я не мог оставить её одну с этим. Марта почувствовала, как пальцы становятся холодными...

— Лена, ты чего села? — удивилась Тамара Сергеевна. — Гости ещё без горячего. Елена посмотрела на свекровь. За длинным столом сидели почти двадцать человек. Юбилей отмечали дома у Елены и Михаила, потому что их гостиная была самой большой. Последние два дня Елена готовила, убирала, переставляла мебель и встречала доставку. Тамара Сергеевна, которой исполнялось шестьдесят пять, лишь составляла список блюд и звонила с уточнениями. — Горячее в духовке. Через десять минут подам, — сказала Елена. — Так подавай сейчас...

— Я с риелтором уже поговорил, — сказал Владислав. — Твоя квартира сейчас хорошо уйдёт. Если не тянуть, хватит и на нашу двушку, и на однушку маме. Полина несколько секунд смотрела на него, не понимая, шутит он или нет. На столе лежали приглашения на свадьбу. До регистрации оставалось три недели. — Какую нашу двушку? Влад усмехнулся. — Ну не будем же мы после свадьбы жить в твоей старой трёшке. Район неудобный, дом возрастной. Продадим и возьмём что-то современное. — А однушка твоей маме откуда взялась? — Я же рассказывал...

— Лена поживёт у нас до осени, — сказал Роман. — Ей с ребёнком сейчас совсем тяжело. Кира закрыла холодильник и медленно повернулась. — До какой осени? — До этой. Месяца два-три. — И когда ты собирался спросить меня? — Я не думал, что это проблема. Дом они купили год назад. Небольшой, но именно такой, о каком Кира мечтала: четыре комнаты, веранда, кусочек сада. После семи лет в тесной квартире она впервые почувствовала пространство. Сестра Романа, Лена, недавно развелась. Кира ей сочувствовала. Даже предложила пожить неделю, пока та ищет аренду...