Сᴀнᴛины ᴩᴀᴄᴄᴋᴀɜы ꧂

Он разрешит любой вопрос хотя на вид простак, на самом деле он не прост, мой Арлекин - чудак. Увы, он сложный человек, но главная беда, что слишком часто смотрит вверх в последние года... Он родился в день всеобщего веселья и смеха, под звездою Шута. И когда повитуха шлёпнула его по спине, чтобы он закричал, то вместо крика услышала громкий смех и мелодичный звон невидимых бубенчиков. С тех пор этот звон стал его спутником. Мальчик рос с невидимым колпаком на голове, и звон шутовских бубенцов преследовал его неотступно...

Старший лейтенант войск связи Серёга Агапкин сидел в караульном помещении и пил чай из обжигающей руки металлической кружки. В этой части, расположенной в глухой дальневосточной тайге, он нёс службу уже четвёртый год. Перевестись куда-нибудь в хорошее место не было никакой возможности: все обращения к вышестоящим и написание кучи рапортов заканчивались отговорками и обещаниями решить вопрос. Но вопрос так и не решался, и казалось, что эта тайга и этот унылый быт — навсегда. Он вспомнил, как привёз сюда свою семью — жену Нину и дочь Настю...

Одинокая волчица, взгляд пронзает туман, Жизнь - это битва, а не сладкий обман... Чистый лист вместо тысячи лиц, Она не знает больше границ... . Её звали Ирина. В паспорте значилось "Ирина Павловна", в корпоративном чате - просто "Ирина, финконтроль", но для самой себя после пятидесяти она стала Ирэн. Этим именем она отгородилась от вязкой бытовой рутины и той тихой тоски, что поселилась в её просторной квартире на двадцать втором этаже с видом на вечно гудящую магистраль. Жизнь Ирины была выстроена безупречно, как сводный балансовый отчёт...

Его звали Томас. Штурман торгового флота Его Величества, сухогруз "Эдинбург". За последние полгода он выучил наизусть цвет полярного неба — свинцового днём и зеленовато-лилового от сполохов ночью. Он водил свои караваны в Мурманск сквозь ледяную воду Баренцева моря, уворачиваясь от немецких торпедоносцев и волчьих стай подлодок. Грузы по ленд-лизу нужно было доставить любой ценой. Но цена оказалась слишком высокой: в последнем переходе осколок разорвавшейся неподалёку авиабомбы распорол ему бедро...

Когда-то давно я проживал и работал в одном южном, но очень суетном городе; я был молод, полон сил и глупых надежд. Проживал в пятиэтажке хрущевского типа и всегда спешил на работу с намерениями свернуть горы и в конце концов стать успешным. Каждое утро, выбегая из дома, я сталкивался с нашим дворником. Это был мужчина высокого роста, опрятно одетый; по манере общения, поведению и даже по тому, как он держал метлу, было видно, что он не из простых. Больше похож на начальника, который не просто подметает, а приводит мир в должный вид...

Ты мерящий меня по дням, Со мною жаркой и бездомной. По распалённым площадям, Шатался под луной огромной. Александр был гимназистом из хорошей еврейской семьи - аккуратный, начитанный, с тонкими пальцами, привыкшими к перу и скрипке. Родители гордились: сын тянулся к наукам, знал немецкий и латынь, а по вечерам читал вслух Толстого, пока мать вязала у лампы. В доме пахло корицей и старыми книгами, и казалось, что судьба его уже расписана - медицинский университет, достойная работа, тихая жизнь человека, который не делает резких движений...