Семья. Свекровь. Родня

Часть 1. Тишина за стеной Марина проснулась от странного предчувствия. Обычно в половине восьмого за стеной, в квартире Клавдии Степановны, начинало бормотать радио — старушка слушала новости и гремела чайником. Но сегодня в старой пятиэтажке стояла гулкая, ватная тишина. Марина подождала до девяти, потом не выдержала и вышла на лестничную клетку. У неё был свой ключ — Клавдия сама отдала его года три назад со словами: «Мариночка, мало ли что… Помру, так хоть соседей не залью, выключишь кран». Квартира встретила её тишиной и легким привычным запахом...

В прихожей Анны Степановны всегда висел портрет Эльвиры. На нем старшая дочь, в строгом деловом костюме на фоне московских высоток, улыбалась миру. Анна Степановна протирала этот портрет каждое утро. — Моя Эля — вице-президент компании! — гордо сообщала она соседкам у подъезда. — Каждую неделю звонит, подарки шлет. А как она одета? Франция! Про младшую, Ольгу, Анна Степановна говорила вскользь, словно извиняясь: — Оля? Ну, Оля здесь, в поликлинике... Бегает со своими шприцами. Хорошая девочка, но амбиций — ноль...

Галина Ивановна достала из духовки противень. Кухня была наполнена тяжелым, сладким ароматом ванили и коньяка — она пекла свой знаменитый «Пражский» торт. Только для Игоря. Она знала, что внук любит именно такой: чтобы коржи были влажными, а глазурь хрустела. На кухонном столе уже лежал подарок в глянцевой бумаге — дорогой смартфон последней модели. Галина три месяца откладывала с пенсии, да еще втихую подрабатывала репетиторством, лишь бы увидеть, как вспыхнут глаза любимца. Игорь был её гордостью: высокий, спортивный, учится в престижном лицее...

У подъезда стояла газель. Двое грузчиков закидывали последние мешки в кузов — не торопясь, привычно. Один закурил, прислонившись к борту. Денис притормозил, указал рукой. — Смотри, — сказал он Алине. — Кто-то переезжает. — Счастливые, — отозвалась она. — Наверное, в новую квартиру. С ремонтом. Они обошли газель и зашли в подъезд. --- Всё началось в марте — с одной фразы. — Я помогу вам с кухней, — сказала Валентина Сергеевна. Они сидели у неё — воскресный обед, борщ, телевизор приглушён. Денис рассказывал...

Антонина Фёдоровна упала в октябре. Утром встала за водой, нога подвернулась – и всё. Перелом шейки бедра. Для семидесятидевятилетней женщины после инсульта – это почти приговор. Я приехала через сорок минут. Скорая уже была. Олег на работе – я позвонила ему по дороге. Катя в Москве – ей я написала позже, когда свекровь уже лежала в приёмном. В больнице я оформляла документы, бегала за направлениями, разговаривала с хирургом. Я фельдшер – мне проще. Знаю, что спрашивать, кого искать, где подписывать...

Лариса позвонила в октябре. Голос такой, как бывает, когда просить неловко, но очень нужно. – Верочка, у нас беда. Хозяин квартиру продаёт. Дал две недели на выезд. Мы с Денисом пока не нашли ничего. Можно к вам? На пару дней, пока не подберём вариант. На пару дней. Моя младшая сестра, тридцать семь лет, и её муж Денис. Я сказала – конечно. Потому что сестра. Потому что некуда. Потому что «на пару дней» – это же не навсегда. Они приехали с тремя чемоданами, двумя пакетами и котом. Кота Лариса «забыла» упомянуть по телефону...