Этой матчастью я обязана своим книжкам

У Антонио Сальери непростая, но интересная биография: рано осиротевший и лишенный родительской любви, он вынужден был покинуть дом и всю юность искал новый. Судьба привела его из Венецианской Республики в Австрийскую Империю, в саму Вену. Здесь Сальери обрёл и приют, и новую семью, и дело жизни ― музыку. Когда он добился на этом поприще успехов, то начал усиленно помогать и другим молодым музыкантам. Воспитанный неродным, но обожавшим его человеком, композитором Флорианом Гассманом, Сальери перенял его гуманность и щедрость...

Творческая среда — вещь неизбежно непростая, а порой даже ядовитая. Поэтому моим читателям, среди которых немало и авторов, стало интересно узнать, как выживали в ней в прошлых веках, а особенно такие незаурядные люди, как Сальери и Моцарт. Как им удалось (вопреки Пушкину) сохранить добрые, адекватные отношения и удалось ли? Я подумала и написала об этом. Начнем, пожалуй, с развенчания двух смешных заблуждений, гуляющих в масскультуре: приписывания Сальери комплекса "он гений, а я никто" и приписывания Моцарту мнения "он раскрученная посредственность, а я непризнанный король музыки"...

1. Antonio Salieri, veneziano. Так он подписывался, считая — не зря, — что Венеция и Италия — две разных разницы. Его детство (в большой итальянской семейке) прошло в городке Леньяго, близ Вероны, а отрочество (уже сиротское, родители умерли, остался только брат) — в таинственной Венеции, которая наложила на него свой мрачноватый отпечаток. Например, во взрослом возрасте он предпочитал темную одежду и так и не полюбил напудренные парики, хотя и то, и другое было данью моде. Мефистофель в стае попугаев — наверное, так он смотрелся при дворе...