Марина. Рассказ.

Тихий, глубокий стук Его сердца звучал в тишине, словно мерная мелодия, которой я не могла наслушаться. Каждая его тяжёлая вибрация, едва уловимая под моим ухом, отдавалась по всему телу мягкими волнами. Лежа на Его груди, я чувствовала себя частью чего-то более значимого, чем я сама. Ночной мрак всё ещё царил за окнами, но в комнате витало ощущение тепла и покоя — будто мир замер, растворяясь в Его дыхании и пульсации. Я боялась даже чуть шевельнуться, не желая потревожить Его сон. Каждое моё движение...

Каждое утро начинается с приготовления к новому дню, чтобы встретить его во всей красе и быть готовой ко всему, чего пожелает Господин)). Первый шаг — принятие ванны. Я люблю добавлять в воду несколько капель масел от L'Occitane или Jo Malone, предпочтительно с ароматом розы или жасмина. Эти ароматы не только расслабляют тело, но и дарят коже удивительную бархатистость. Роза восстанавливает её упругость, а жасмин успокаивает и смягчает. Если времени на продолжительную ванну нет, я предпочитаю прохладный...

Хан никогда не делал поспешных решений. Когда ему потребовался человек, для его будущих проектов. обладающий навыками в области программирования, он привлёк свою службу безопасности, поставив задачу найти кандидата, который обладал бы не столько высоким профессионализмом, сколько высоким потенциалом, не обычным взглядом на те или иные вопросы и подходил по личным качествам. Работа была проделана ювелирная: каждую деталь в биографии потенциальных кандидатов анализировали, словно рассматривая их под микроскопом...

— Так, мы отвлеклись, — Хания чуть отстранилась, её взгляд стал строже, а голос — тверже. — Добро пожаловать в гарем, девочка. Марина обхватила себя руками, едва уловимо содрогнувшись от слов Хании. Слово «гарем» эхом отдалось в сознании, вызвав почти физическое ощущение дискомфорта. Всё, что происходило, казалось сюрреалистичным и каким-то абсурдным. Гарем… Она никак не могла принять этот новый статус — она даже представить не могла, что вот так вот, в одно мгновение, её жизнь изменится до неузнаваемости...

Марина стояла у двери, пытаясь осознать реальность происходящего. Дом Хана поражал её величием и роскошью. Массивные двери, высокие потолки, мягкие ковры под ногами – всё это казалось ей отголоском другой жизни, к которой она никогда не была причастна. Сердце билось так громко, что ей казалось, будто его стук отдается эхом по мраморным стенам. Она заметила, как Хан спокойно оглядел просторный холл и, обернувшись к женщине в красном платье с мелкими цветами и белом хиджабе, произнёс с невозмутимым спокойствием: — Это Марина...

Марина, сдерживая дрожь в коленях, подняла на него взгляд. Она всё ещё пыталась привыкнуть к новой реальности, в которой оказалась. Хан посмотрел на девушек у своего кресла и едва заметно кивнул. Одна из них мягко взяла Марину за руку, словно приглашая следовать за ней. Девушки, казалось, понимали её состояние: их движения были плавными и аккуратными, словно они оберегали её от малейшего стресса. Марина неловко поднялась на ноги, чувствуя, как ноги подкашиваются от напряжения. Её тело плохо слушалось, словно она находилась не в своей коже...